Музыку надо не только знать, ее надо чувствовать.

«Музыку надо не только знать, ее надо чувствовать»
А.Уральский

Дорогие читатели, в канун женского праздника мы по традиции знакомим Вас с представителями прекрасного пола нашего города. Сегодня мы немного изменили подачу материала. Наш корреспондент встретился с Еленой Ланиной, профессиональным дирижером русского народного оркестра. Мы предлагаем Вашему вниманию интервью с Еленой, которая проживает в  настоящее время в Ванкувере.

- Елена, после нашего короткого телефонного разговора я понял, что у Вас за плечами 5 лет музыкальной школы, музыкальное училище, Московский Государственный Институт Культуры, в общей сложности – 15 лет музыкального образования. С таким багажом Вас, наверное, должны были сразу взять на должность главного дирижера какого-нибудь оркестра?

- Все начиналось более прозаически, и как раз наоборот. Три года после окончания иститута меня никуда не брали. В одном дворце культуры, например, куда я подавала заявление, говорили: «Такая маленькая, ну не сможешь ты организовать оркестр.» Как будто этот оркестр нужно было носить на руках. И все-таки, я попала на работу именно в этот дворец культуры и организовала там оркестр народных инструментов «Родничок». Работали мы со струнными инструментами. Кроме этого, тогда же я создала оркестр детских лошкарей. В Москве в ту пору профессиональных детских лошкарей не было, поэтому мы были «нарасхват». Я вообще сразу была настроена на работу с детьми. Потому как, в отличие от взрослых, дети не «перегружены» бытовыми проблемами и могут посвятить себя музыке всецело.

- Сколько лет было вашим юным исполнителям?

- Самому младшему из музыкантов – Максюше – было едва 4 года, а старшему – Сереже Королеву – 17 лет.

- А кто помогал Вам готовить костюмы для выступлений?

- Да что Вы говорите! Я все сама приобретала и сама шила. Правда, мне помогала еще моя свекровь. У нас сначала было человек 90 детей. Обшить всех было очень непросто. Позже мы оставили 10-12 оркестрантов.

- И что, вот такой детский оркестр пользовался спросом, разъезжал по стране?

- Представьте себе, что мы работали, не покладая рук, и нас стали замечать и приглашать. Гастрольную деятельность мы начали с Киева, потом проехали по Сибири, затем нас пригласили на ежегодный детский фестиваль в Болгарии, и когда мы показали свою лояльность государству, то нас отправили в Америку.

Все у нас строилось на голом энтузиазме. Я, как дирижер, получала зарплату. А все, связанное с концертной деятельностью, шло за «здорово живешь». На себе мы таскали баяны, реквизиты, домры, бас. Представляете, маленькие дети с этим «скарбом» по набитому метро… Меня поражало то, что когда нас приглашали на выступления, никому и в голову не приходило обеспечить нас транспортом.

- Я вижу, у Вас есть серия фотографии, где Ваш детский коллектив снят с первой женщиной-космонавтом…

- У нашего оркестра с Валентиной Терешковой были действительно дружеские отношения. Она работала в Доме Дружбы Народов, куда «Родничок» часто приглашали выступать. Потом этот Дом стал называться Фонд Мира. И опять мы сотрудничали с Терешковой.

- Расскажите о Терешковой. Какая она – первая женщина, покорившая космос?

- Впечатления о Валентине Владимировне самые замечательные. Она была очень простым человеком. Безусловно, вокруг нее всегда существовал некий ореол. Но с нами она вела себя очень демократично. Умела она вести себя с достоинством, как подобает Герою. А то, что она была героем, не вызывает никакого сомнения. Оправиться в неизвестность на космическом корабле -  это не каждому дано. Я вспоминаю, первый раз Валентина Владимировна вышла к нам поблагодарить за выступление, а мой сынишка Максюшка спрашивает меня громко: «Мама, а где космонавт-то?» Я отвечаю: «Вот же космонавт». «А скафандр где?» – он в ответ. Это тогда позабавило нас всех. Еще помню случай. Новый год. Мы выступали в Доме Дружбы перед детьми из детского дома. Все дети-сироты должны были получить коробки с подарками. Мы, естественно, про это ничего не знали и не рассчитывали. А Терешкова распорядилась, чтобы и нам выделили по коробке. Для наших юных музыкантов это было шикарным подарком. Импортные «сникерсы» были в диковинку.

- Насколько загружена была ваша концертная деятельность?

- Мы выступали очень много – более 500 концертов за 5 лет. Болгарское, Чешское, Американское посольства в Москве, в Доме Учёных, Колонном Зале Дома Союзов в Кремле, записывались на радио. Нам предложили отснять сериал со Степашкой и Хрюшей. И мы приняли участие в первой передаче «Спокойной ночи, малыши».

- Телевидение тогда платило хорошие деньги?

- Да что Вы говорите! На мое имя выписали 27 рублей. Я просто была в шоке.

- А поездка в Америку была в некотором роде политической акцией?

- В Америку нас отправил Фонд Защиты Мира, помните историю с Самантой Смит? Тогда возникла идея о Центре детской дипломатии. Мы оказались у ее истоков. Руководителем центра была Галина Садовская. На меня возлагались обязанности культурного организатора. В Америке на нас смотрели как на чудо, американцы не ожидали увидеть обычных людей из СССР. Меня постоянно приглашали на «ланчи» и «диннеры», я так думаю, чтобы присмотреться ко мне, увидеть во мне что-то от homo sapience.

Меня, конечно, в личной беседе предупредили, чтобы я спокойно относилась к роскоши американских магазинов. Но все равно у меня слезы потекли, когда я увидела магазины с пряжей для вязания, разве был такой выбор у женщин в России?

- А как получилось, что Вы уехали в Канаду?

- А как обычно уезжают? Как только поняла, что детям придется идти в армию, так сразу и подала заявление. Хотя прекрасно понимала, что моя профессия дирижера-народника никому там не нужна.

- Однако, свое музыкальное образование Вы забывать не хотели…

- Да, так получилось, что я стала работать в Торонто в школе учителем музыки. Организовала небольшой коллектив музыкальный, но репертуар был на уровне “Old MacDonald had a farm…” Надо добавить, что я смогла в Торонто организовать и ансамбль лошкарей, который великолепно воспринимали зрители. Позже я почувствовала, что я не стала находить удовлетворения в этой работе. Скорее всего, это было связано с тем, что аура была не та, что в России. В душе я осталась дирижером. А заниматься своей профессией я прекратила. Понимаете, в профессии для меня очень важно быть всегда на высоте. От этого и получаешь  удовлетворение. И если какой-то сегмент отсутствует, то нарушается целостность.

- А как насчет «не зарекаться»?

- Тут я могу с Вами согласиться. Жизнь развивается по спирали, и что-то иногда возвращается «на круги своя», но на другом уровне. Может быть, я снова стану у пульта, кто знает.

Беседу записал А.Уральский, корр. «ВЭ»