Ярославна Валентина Шахова – единственная девушка в области, которая занимается каноэ-поло. Она входит в сборную России, которая недавно вернулась с чемпионата Европы среди  клубов.
Валя росла эдакой тургеневской девушкой. Филармония, театр, книги были спутниками ee студенческой жизни на историческом факультете.  Никакого спорта, да что там спорта – даже  на занятиях по физкультуре вместо бега, прыжков и отжиманий играла в бадминтон.
В школе три года в настольный теннис играла. Вот и вся физподготовка.
Кто бы сказал пятикурснице, что через пять лет она будет забрасывать в ворота чемпионов мира по кануполо мяч, то  не поверила бы, а потом бы переспросила, что такое кануполо.
Каноэ-поло или кануполо – это своего рода баскетбол на воде. Пять игроков  в каждой команде на лодках проводят два тайма по десять минут, стараясь  попасть в закрепленные на двухметровой высоте ворота ватерпольным мячом.
Игроки плавают на каяках, одетые в спасательные жилеты и шлемы с защитной решеткой.  Спортсмены  могут толкать друг друга руками, таранить лодку соперников каяком и даже топить противников.  Вид спорта молодой,  людей, им увлекающихся, в России очень мало. По всей стране,  кроме столиц, развивается всего в трех городах. В основном,  в «гребной гандбол» приходят люди из водного туризма. И Валя не стала исключением.
После вуза отработала четверть в школе, но не понравилось, и ушла работать инструктором в парк активного отдыха «Забава». Сопровождает группы во время катаний на воде, на снежных горках.  Там-то  и увлеклась туризмом. Стала ходить в походы и за пару лет уже выросла до такого уровня, что «брала» в Карелии речки третьей категории сложности. Но хотелось чего-то более адреналинистого.  Но речки посложнее  надо было искать на Кавказе, а тут в соседнем туристическом клубе рассказали про кануполо. Попробовала и очень ей понравилось, поскольку одно дело тренироваться ради выхода на  маршрут.  Скучновато. А другое дело – игра, соперники, да и соревнования, которые в закрытом бассейне, уже в феврале начинаются. Это гораздо интереснее и стимулирует дальнейший рост.

ОДНА НА СОТНЮ МИЛЛИОНОВ

Валя стала заниматься и в первый сезон у нее была даже компания из девушек-туристок из турклуба ЯГТУ. Но все-таки вид спорта очень атлетичный и все они скоро ушли. А Валя осталась одна тренироваться с мужчинами.  Конечно, с основной командой, которая играет в первом дивизионе чемпионата России, ей трудновато было, но  набралась команда начинающих кануполистов, и Шахова  стала играть на турнирах  вместе с ними. Конечно, против мужской силы девушке было не с руки идти. Но пока у молодых спортсменов техника гребли еще хромала, Валя могла с ними соперничать. А потом ее выбрали тренером. Каждый  из мужчин ведь хочет играть, а стоять на берегу и  замечать ошибки других никому не хотелось. Девушка же была постарше молодых товарищей по команде и поответственнее и захотелось ей стать тренером. И это сразу дало свои плоды, поскольку уже хочешь не хочешь, а тренировку пропустить нельзя, да и со стороны сразу стали видны ошибки. К тому же, тренеру, чтобы объяснить что-то игрокам, надо самому это понимать.
Летом 2007 года Валя поехала на сборы в Ленинградскую область и там познакомилась с женской командой из Москвы «Три стихии-лайт». Оказывается, что в России всего две женские команды. В Питере и златоглавой, но команда из Северной Пальмиры не так часто выступает на зарубежных соревнованиях, а вот москвички часто участвовали в разных турнирах и предложили ярославне войти к ним в команду.
С тех пор у Вали все подчинено спорту.  На неделе занималась четыре-пять раз, а пару выходных в месяц посвящала поездкам в Москву и  совместным тренировкам с командой. Эта команда практически является одновременно и сборной России, так что Валя с еще одной новгородской  девушкой стали единственными на всю страну немосквичками, которые входят в главную команду  государства.

ИРЛАНДИЯ, БЕЛЬГИЯ, ФРАНЦИЯ

В 2008 году девушка, которой камни Карелии во время турпоходов были мягче песков Египта, впервые выбралась за границу на открытые клубные соревнования.  Во всем мире «лодочным баскетболом» занимаются уже лет 30, и наши спортсменки -  постоянные девочки для битья. Но в Ирландии был не такой сильный состав, и русские леди заняли на турнире 4 место.

- Мне нравится в этом спорте то, что можно быстро выйти на серьезный уровень, стать членом сборной, поездить на турниры, познакомиться с новыми странами, новыми людьми, – говорит Валентина.

После ирландского успеха наши девушки попали на  серьезный турнир в Бельгии, куда приехали сильнейшие клубы мира и  русским быстро указали на их место внизу турнирной таблицы.
А в сентябре 2009 Валя с сокомандницами отправилась во Францию на чемпионат Европы среди клубных команд и в первом же матче жребий свел их с немецкой командой, где почти все спортсменки являются чемпионками мира. Наши проиграли 21:2 и почувствовали разницу между первой командой мира и аутсайдером. Но Валя забила первый  гол чемпионкам, а такое не забывается никогда. С каждой игрой «Три стихии-лайт» приобретали опыт и играли все увереннее. Следующие матчи наши тоже проиграли, но число пропущенных мячей уже не выходило за десятку. А последний матч играли с французской командой на равных и проиграли лишь 5:3. И последний матч русских на чемпионате снова забила ярославна. После такого яркого чемпионата  спортивный энтузиазм  овладел девушкой, и  жизнь стала подчиняться спорту.

МЫ НАШ, МЫ НОВЫЙ СПОРТ ПОСТРОИМ!

Кануполо – молодой вид спорта и популярность его не столь велика, а значит, спортсменам никто не платит за их сборы, соревнования, тренировки. Пятидневный выезд в Европу обходится нашим спортсменкам в 20-25 тысяч рублей, которые надо самостоятельно заработать. Аналогичное путешествие через турагентство обошлось бы дешевле.
Конечно, можно было бы уподобиться людям, которые стонут, что им никто не помогает, что у них нет денег на совершенствование, что государство должно их содержать.
Но Валя понимает, что это ее увлечение, хотя они и представляют Россию за границей, но за свою любовь каждый должен бороться самостоятельно. Поэтому работает на двух работах, чтобы иметь возможность ездить тренироваться со сборной и участвовать в заграничных соревнованиях.
Любимые ранее  занятия -  посещение филармонии и театра, чтение книг – отступили перед атакой каяка. Тренировки по пять дней в неделю не оставили им шанса. Практически, все заработанные деньги идут на поездки. Правда, когда наступает осень и  на открытой воде уже не потренируешься, а в бассейн ездит всего раз в неделю, то Валя вспоминает что-то из прошлой жизни. Выбирается на  театральный фестиваль, ходит слушать музыку. Хотя спортивная страсть и здесь вносит изменения – часть свободного времени уходит на занятия английским языком.
Ярославские каноэполисты  сейчас переживают трудные времена. Но вроде постепенно их преодолевают. Первая и вторая канупольные команды (вместе со  школой слалома) стали тренироваться на базе  гребной школы, правда, они еще не знают, останутся ли там после реконструкции набережной.
Вторая команда, наконец, укомплектовалась  до конца и проводит тренировки более интенсивно. Да еще и с тренером-женщиной во главе!  В Ярославле кануполисты стали выступать на  днях города, а с лета 2009 года в нашем городе стал проходить этап Кубка России по кануполо. На ярославскую воду съехались практически все каноэполисты России. Два десятка команд в трех дивизионах оспаривали победу в  этом соревновании. Валина команда даже взяли бронзу  в третьем дивизионе.
И Ярославль теперь может прописать у себя этап одного из главных соревнований. А каждое такое состязание приносит не только рекламу городу, но и привлекает новых людей. А в женском кануполо сложилась уникальная ситуация, когда можно прийти, начать заниматься под руководством опытной наставницы, члена сборной России, и быстро войти в главную команду страну. Такие шансы представителям других видов спорта и не снились. Валентина подумывает о создании женской ярославской команды, но пока только краешком сознания. Хотя, как знать, куда весло Судьбы вывезет.

Владимир КОБЫЛИНСКИЙ, для «ВЭ» из России

Налоговый инспектор изобретает «кандалы»  для колес

Белая «Волга» на крейсерской скорости разрезала размытую дождями коричневую грязь. Ровненько так идет. Не качнется в сторону, не пробуксует, несмотря на то, что грязи было по колено и даже не завязнуть было чудом. Деревенские мужики чуть с тракторов не попадали при виде такого зрелища. Машина белым парусом промелькнула мимо ошалевших трактористов, и никто не заметил, одетые на ее шины странные металлические приспособления, похожие на кандалы. Это и были грунтозацепы Лапина, позволяющие машине ехать по любой грязи совершенно спокойно.

Причем Александр Лапин не автогонщик, не изобретатель со стажем и даже не автомобильный инструктор. Он – налоговый инспектор, да не простой, а заместитель начальника Кировской районной инспекции города Ярославля. Казалось бы, беловоротничковая должность совсем не соответствует cлесарным работам, и фининспектору приходится разгребать грязь иную. Налоговую.  «Как вы, Александр Борисович, дошли до жизни такой?» «Я не бухгалтерский человек. 8 классов, работал на заводе СК машинистом, слесарем, армия, финучилище. Работал замполитом автороты, в 89-92 годы занимался капитальным строительством. Потом ушел со службы»

Майор, финансист уходит из армии и вместо частного бизнеса, государевых структур или, на худой конец, охранного агентства устраивается на шинный завод слесарем. Работяги поначалу косились:  «Офицер, что он может руками делать?» Но майор очень быстро поднялся со слесаря 3  разряда до пятого, и мужики «финика» зауважали. Тем более, что ежели надо было повкалывать сверх работы, то для бывшего военнослужащего это было нормой. Армия еще и не тому научит.  Проработал Лапин на заводе два года и ему уже предлагали стать мастером цеха, когда его бывшие однополчане предложили вернуться в родную финансовую колею и устроиться в налоговую инспекцию. То ли ностальгия по дебетам-кредитам взяла свое, то ли надоела грязная работа слесаря («Сажа, грязь, дышать нечем, ежедневный душ после работы, робы нужно стирать, внешняя грязь и химия»), но Александр ушел в налоговики. Вот так нелюбовь к грязи, умение работать руками  были необходимым горючим для огня изобретательства. Не хватало лишь искры. Но божью искру придумывания дали Лапину не силы небесные, а родной отец. Борис Лапин был почетным гражданином города, ветераном войны и труда и имел порядка пятнадцати изобретений в области шиностроения. И на первую серьезную премию от изобретения взял да и купил автомобиль. Москвич, 48 года выпуска. С того момента Лапин-младший был просто обречен на изобретение грунтозацепов.  Борис Лапин был страстным охотником, рыболовом и пристрастил к этому делу всех своих детей, благо, что автомобиль позволял путешествовать. Только проблема была в российских дорогах, которые и без того не сахар, а уж при появлении дождей и вовсе раскисали. И уж сколько радикулитов заработали, вытаскивая машину из грязи, сколько нервных клеток израсходовано, сколько бутылок водки в благодарность вытащившим машину трактористам отдано – не сосчитать.

И вот, в 1998 году все это  Лапина достало, и он стал подумывать об устройстве, которое помогало бы ездить по неистребимой грязи русских дорог. Как раз в тот период зарплата налоговикам не выдавалась, и инспекция даже бастовала, что подтолкнуло Александра Борисовича к придумыванию грунтозацепа: в случае удачи можно было бы зарабатывать на нем деньги.

До Лапина занимался этим швед, но что эти люди из страны сказочных дорог понимают в грязи?! У скандинава на колесе было всего четыре полоски. Одна полоска зацепится за грунт, потом идет «голое» колесо, пробуксовка, затем другая полоска, пробуксовка. И при прохождении каждого зацепа машину существенно встряхивало, словно она на квадратных колесах ездила. Это плохо отзывалось на транспорте, плюс колесо продавливало металлические полоски в сторону, и они начинали рвать «крылья».  Ярославлец пошел другим путем. Он сделал девять полосок, и между первой и второй, второй и третьей был перерывчик небольшой, и колесо не успевало пробуксовывать. Между собой полоски были закреплены подвижными пряжками, и это сделало конструкцию менее жесткой. Чтобы машина не ездила из стороны в сторону, на поверхность полосок приварил змеевидную пластинку. В октябре поехали с отцом на испытания. В тот год дожди реками стекали с небес. Поехали с отцом в деревню, нашли приличную грязь, забрались в нее, постояли минут 15, чтобы машина завязла. Александр от волнения закурил. Потом тихонько на первой передаче тронулся, и машина легко стала выбираться из грязи. Отец радостный закричал: «Продолжай это делать, видишь – получается». Второе серьезное испытание было, когда машина провалилась в грязь по самые фары, даже смяв их.  «Волга» практически утонула в грязи. Лапин выбрался, взял лопатку, подкопал под машиной, поставил дощечку, домкрат на нее, приподнял, одел грунтозацепы. Сердце от волнения колотилось. Тронулся на первой передаче – ничего, пустил вторую, и машина медленно-медленно, но стала выбираться. А потом пошла родимая с такой скоростью и  уверенностью, что деревенские трактористы изумленно рты поразевали. Издали казалось, что это вездеход на гусеничном ходу грязь, словно масло, режет. А вблизи вездеход оказался пижонской «Волгой». Это была победа, и с тех пор налоговый инспектор берет с собой всюду грунтозацепы и  капризы погоды для него значения не имеют. Знакомые, друзья прознали про его изобретение и стали просить окольцевать свое авто. Благо, что конструкция такая, что можно одевать практически на любую шину: от «Жигулей» до «Соболей». Да  делается она просто: за четыре выходных дня Лапин делает комплект не напрягаясь. Для друзей-знакомых сделал уже штук 15. Однажды приехал к нему директор одной из фирм. У них проходят спортивные автосоревнования по зимнему вождению.

Просил дать грунтозацеп. Изобретатель ему объяснил, что делалось это все для обычной езды, не на запредельных нагрузках. Директор настоял и  взял- таки устройство.

Во время чеченской войны Лапин предлагал свои грунтозацепы войскам: у него два племянника служат в череповецком ОМОНе и хотелось как-то помочь им. Но что-то там не сложилось, и в Чечню грунтозацепы не попали. Из Воронежа охотники приезжали. «С нашим черноземом, говорят, только на таких железяках ездить и можно». Задумался над всем этим Лапин, да и запатентовал свое изобретение. Пока же по простоте и удобству оно лучшее в своем классе. Шведский вариант уж больно опасен для машины. Было еще одно изобретение зацепа, но там устройство крепилось намертво через диск, использовалась какая-то хитрая механика и защищала она только половину колеса. Лапинское же творение «дешево и сердито» в своей надежности. Одевается при сноровке за пять-семь минут, а снимается за секунды. В сложенном виде занимает место не больше двух хлебных батонов. И уже сейчас Александр думает о модернизации. Изобрел более простые пряжки, нашел легкую и прочную японскую ткань для крепления. Лень то матушка заставит еще и не такое придумать – ведь Лапин делает все сам с молотком и тисками, тут уж ум быстро подскажет, как работу облегчить. Самое, что обидное – изобретатель работает на госслужбе, а она запрещает заниматься предпринимательской деятельностью. Но уже вроде нашлись люди, которые хотят взяться за изготовление грунтозацепов, но вроде как колеблются: «А будет ли спрос?». Чтобы в нашей-то стране, с совковыми дорогами, его не было?!!! Да через три года, клянусь своей треуголкой, вся автомобильная Россия будет «обута»  в ярославльские грунтозацепы.

Владимир Кобылинский,

для «ВЭ» из России

Вести из России
НЕ ГОВОРИ ХИП, ПОКА НЕ ХОП
В Ярославле создана школа хип-хоп танцев, которая незаметно для себя стала спортшколой.

Кто бы мог подумать, что широкие мешковатые штаны, банданы на голове, непривычная взрослым людям музыка, угловатые движения, “коза” из пальцев – это спорт, и за это ярославским хип-хоп спортсменам дадут второе место на кубке России!

Ярославский хип-хоп начинался с известного в Ярославле танцора Александра Журавлева, который в начале пути и представить себе не мог, куда все это зайдет.

Пока учился на экономфаке ЯрГУ, то танцевал в коллективе “Недетские танцы”, потом настала взрослая жизнь, и Саша пошел на работу. Пробовал себя арт-директором, инструктором в фитнес-клубе. Все это было близко к тому, что хотелось, но все не то.

Хотелось не просто организовывать выступления других, но и самому танцевать. И не просто, а много, и зарабатывать на этом деньги.

И тогда взглянул на проблему с точки зрения экономиста. Рынок современных танцев в Ярославле насыщен, высокая конкуренция, этот сегмент монополизируют крупные танцевальные коллективы. Вступать с ними в борьбу – нерентабельно. Значит, надо создать свой отдельный сегмент рынка, где даже малое, начинающее предприятие, может стать монополистом.

Бальных танцев – избыток, народных коллективов – выше крыши, рок-н-ролл, танго, вальс, степ, балет – не мое. Восточные танцы – на каждом углу, поп-модерн (он же эстрадный танец) – в каждом ДК, брей – тоже есть, да и слишком специфичен этот элемент хип-хоп культуры. Стоп. Хип-хоп – вот оно – дошло до Саши.

Хип-хоп (hip-hop) dance на сегодняшний день является самым модным и популярным направлением современных танцев в мире. Прародителем хип-хопа является африканский джаз (импровизация), а первыми исполнителями были афроамериканцы. В хип-хоп танце многие движения обращены в пол, отсюда низкая посадка корпуса и всегда немного расслабленные колени в танце. Это объясняется тем, что у африканских народов Бог находится в земле. На сегодняшний день хип-хоп, как ни один другой стиль, многогранен и разнообразен. Это и мягкие, спокойные, расслабленные; и резкие, с острыми акцентами, быстрые, агрессивные, эффектные, волнообразные, стильные и сексуально-привлекательные движения. Хип-хоп характеризует смешение стилей. Танцевальные комбинации в этом стиле мы видим в клипах таких звезд, как Usher, Justin Timberlake, Jennifer Lopez, Janet Jackson, Beyonce, Missy Elliott, 50 Cent, Nelly, Christina Milian, и многих других.

В Ярославле хип-хопа не было, но для поколения MTV он самый желанный. Львиная часть клипов показывает танцы именно в этом стиле. Конечно, народ танцует современные танцы, по неграмотности называя их модным словом хип-хоп. По сути, ведь современные танцы – дети эстрадного. Исполняются из классических позиций, так же ровно и красиво должен быть поставлен корпус. В хип-хопе же тело слегка согнуто, движения угловатые. И танец этот социален, через его «па» могут передаваться обычные движения человека: почесывание головы, ведение баскетбольного мяча, помешивание чая.

А поп-модерн – это, в первую очередь, красота поз, движений, элементов. И это все Саша понял, когда стал ездить в Москву обучаться хип-хопу. Два года любую свободную и несвободную минуты вырывался из Ярославля, отрывая время от отдыха, работы, семьи и – на мастер-классы в Москву. Первое время было очень трудно переламывать себя, как танцора с классическими основами. В х-х очень важна чувственность танца – «филлинг», то ощущение открытости,  которое свойственно афроамериканцем. Русским же людям раскрепоститься так же сложно, как выходцу из африканского квартала выучиться элегантной холодности венского вальса.

И Саша вернулся к азам. Долго кривлялся перед зеркалом, отрабатывая именно хип-хоповский стиль танцев, но потом понял, что этого  мало. Что без полного погружения в к хип-хоп культуру ему не обойтись

Само понятие “хип хоп”-культуры появилось не в Америке, а в Европе, куда брейк и рэп начали активно проникать в начале 80-х годов. Европейская молодежь подражала своим американским подросткам, копировали их поведение, слэнг, манеру одеваться, развязанное поведение. Таким образом,  европейская культура хип-хопа с самого начала была более мягкой, чем американская, и сразу разделилась на свои составные части: отдельно музыка -”рэп”, танец- “брейк”, искусство настенной живописи – “граффити”. Тинэйджеры разных стран приспосабливали хип-хоп под свою культуру: Франция и Скандинавские страны переняли моду, а в дальнейшем появился ни на что не похожий французский танцевальный hip-hop. Англия переняла музыку, но к 2000г. английская школа танцев сделала огромный скачок в танцевальном хип-хоп стиле. В Германии начали проводить ежегодные Европейские Фестивали танцоров стилей hip-hop, break dance, rythme’ n ‘blues,  funk, jazz.

Нельзя с утра быть деловым человеком в костюме-тройке, а к вечеру превращаться в отвязного хип-хопера. Журавлев сменил гардероб, и вместо узких штанов надел широкие, как Черное море, молодежные шаровары. Рубашку, пиджак и галстук заменил толстовкой с футболкой. На ноги водрузились широченные подростковые кроссовки. И музыка – целый день его окружает музыка в стиле хип-хоп. И много стал читать специализированной литературы, просматривать сайты по хип-хопу. И уже самому кажутся смешными те вопросы, которые задавал он и такие же начинающие танцоры.

- Мы танцуем RNB, это круто?

Преподаватели вскипали и объясняли, что не надо путать хип-хоп и брейк, а РНБ – это такое же направление в музыке, как рэп. И можно танцевать под него, но не его.

Знакомые Сашиному преображению особенно удивлены не были. Все-таки он вращается в творческой среде, и там достаточно свободно относятся к поискам коллег.

А вот председатель правления одной кредитной организации, у которой Журавлев решил брать кредит, очень недоверчиво отнесся к молодому человеку, который занимал деньги на такое, казалось бы, несерьезное дело, как танцы.

Просто люди, далекие от богини Мельпсихоры, считают танцы блажью молодых людей и уверены, что ими нельзя заниматься после 30. А профессия танцора и вовсе непотребство, что для мужчины, что для женщины. Бальные ли это танцы, современные или восточные – не важно.

И когда приходит человек и пытается занять крупную сумму на танцевальную студию, то это вызывает недоумение. Не на магазин автозапчастей или продуктовую точку же деньги просит. На танцульки.

Но Саша с бухгалтерской педантичностью показал бизнес-план, должностные инструкции. И банкир с удивлением обнаружил, что одинаково серьезно можно подходить к любому делу, и танц-школа может быть таким же предприятием, как магазин или туристическое агентство.Так на Перекопе появилась танцевальная студия “ЯросDANCE”

ХИП-ХОП НА ПЕРЕКОПЕ

Ультрамодный стиль в районе, который в Ярославле пользуется славой проклятой земли, богатой на спившихся и криминальных людей? Да кто туда пойдет?

- Наша школа оказалось практически единственным заведением на весь район, где обучают танцам, и поэтому все детишки округи пошли к нам заниматься. Больше-то идти некуда. Правда, поначалу приходили и говорили: «Это здесь брейк учат танцевать?»

Что такое хип-хоп, большинство людей  до сих пор толком и не знают, – рассказывает учитель танцев.

Приходилось родителям учеников читать лекции о хип-хоп культуре, о рэп, брейдансе.

Те удивлялись – почему этот стиль не дошел до Ярославля раньше.

На самом деле, город в танцевальном плане достаточно продвинутый. Но большинство корифеев танца выросло на основе эстрадного танца, имеют классическую подготовку, и они развивали то, что им понятно и приятно. Это были современные танцы, поп-модерн, клубный стиль. А когда появился хип-хоп, то перестраиваться было уже лениво и поздно. Некоторые группы танцевали нечто похожее на хип-хоп, но это было для себя, и когда ребята вырастали, то бросали танцы и учеников после себя не оставляли. И поэтому один из популярных в мире танцев обходил Ярославль стороной.

КУДА ХИП-ХОПЕРУ ПОДАТЬСЯ?

Можно учиться бесконечно долго, а ярославским танцорам требовался выход на зрителя. Но концертов, куда бы приглашали танцоров хип-хоп, не так много. На танцевальные конкурсы современного танца ездить – только учеников портить. В жюри сидят люди с классической хореографической подготовкой, и особенности хип-хопа они не понимают, ставят низкие баллы. После этого всякое желание выступать пропадает. Специализированных конкурсов для поклонников этого жанра очень мало. А если и находятся, то это в основном – «батлы». Что-то вроде импровизационного поединка двух танцоров. А хотелось выступить группой.

В конце 2007 года это получилось на 5-м межрегиональном фестивале-конкурсе коллективов молодежного и эстрадного танца “КАПРИЗ 2007″, где хип-хоперы показали три танцевальных композиции: “Мы есть”, “Праздник у девчат” и “Шаг вперед». Неожиданно заняли первое место в номинации «Молодежный танец». И снова потянулись месяцы без выступлений.

В апреле 2008 года танцевальный коллектив “ЯросDANCE” впервые выехал на гастроли в другой город, и причем, сразу в столицу нашей Родины – город-герой Москву. Ребята были приглашены для выступления на международном фитнес-фестивале, который проходил в спортивном комплексе “Олимпийский”.

И там одновременном с фестивалем проходил соревнования по фитнесу и аэробике. И была номинация хип-хоп-аэробика.

Ярославцы удивились: люди танцуют хип-хоп на сцене, и это считается спортом. Балы ставят, медали и разряды выдают.

Это был выход. Так танцоры стали спортсменами.

И начали готовиться к соревнованиям, собирали команду. В нее вошли двое парней-наставников – Александр Журавлев и Алексей Лихачев – и шесть девушек. Из восьми человек – пятеро работают учителями танца в школе хип-хопа. Готовили новую программу, специально на соревнования, которые открыли новый взгляд на хип-хоп.

В свое время Саша Журавлев занимался бальными танцами, но ему там не понравилось. Все однообразно. Все делают одни движения, одновременно поворачиваются, улыбаются синхронно.

Ушел в спорт, в акробатический рок-н-ролл. Думал, что там творчества больше.

«Какое творчество?! Бери партнершу и кидай выше,» – отвечали тренера. Докидавшись до кандидата в мастера спорта, Журавлев снова ушел в современные танцы. И тут выяснилось, что хип-хоп требует большей раскрепощенности, стремится уйти от одинаковости улыбок, движений. И только, казалось бы, привык к этому, как в спортивном хип-хопе опять все менять приходится. Раз танцуешь командой, то движения всех членов команды должны синхронизироваться друг с другом. С чем боролись, на то, спустя годы, и напоролись.

Трудность еще была в том, что  обычный танец можно делать сколь угодно долго, а спортивный должен уложиться в две минуты. И за это время нужно предемонстрировать пять стилей хип-хопа, показать элементы трех высотных уровней и прочее, прочее.

Ярославцы готовились к соревнованиям все лето и неожиданно на первом же для себя Кубке России заняли второе место. Для дебютантов – шикарный результат. Когда ехали в поезде обратно, то девушки медали не снимали даже во время сна.

В родной школе устроили целый праздник, а Саша родителям учеников показал, что хип-хоп – не просто танец «андерграундной» молодежи, а вполне признанное искусство или даже спорт.

Конечно, после этих соревнований в школе получили сильный эмоциональный заряд. Увидели, к чему стремиться, как готовиться, и на горизонте замаячила Цель.

Владимир КОБЫЛИНСКИЙ
Для «ВЭ» из России

ЭЙ, БАЛЛОН, ГОТОВЬСЯ К БОЮ
Владимир Кобылинский

Ярославский художник Алексей Маслюгин изрисовал баллончиками с краской 50 подъездов в городе. И все это на глазах жильцов дома. Но вместо угроз, матюгов и приводов в милицию удостоился бурных и продолжительных аплодисментов соседей, да просьб прийти порисовать у них в доме.

Работы графитчиков видит весь город. Изуродованные дурацкими рисунками стены, кривые буквы на поездах, общественном транспорте. У большинства горожан реакция на такое проявление «творчества» – желание оторвать руки. И любой молодой человек, несущий в руке баллончик с краской, в массовом сознании приравнен к пачкуну и дизайнерскому террористу.

На самом деле, «стенописцы» делятся на две категории: бомберы и райтеры. Первые – как раз поганят город своими автографами на стенах домов. Вторые – художники, которые могут на каменном заборе создать сложный рисунок, а не три русские буквы коряво черкнуть.

Но эту разницу понимают единицы, в основном, такие же графитчики, ближайшие родственники и вездесущие журналисты.

Каково же было удивление Алексея, когда на него вышел ярославский депутат и попросил изрисовать подъезды на «Суздалке». Депутат обещал закупить на свои средства баллончиков и даже оплатить работу. Из всех органов власти Маслюгин раньше сталкивался только с милиционерами, у которых взгляд на искусство «граффити» был довольно специфичный, и такая просьба от народного избранника молодого человека поразила.

Ярославским райтерам разгуляться особо негде. Есть четыре места, где их рисунки можно увидеть. Это заборы на площади Труда, за «Макдоналдсом» и у Соловьеской больницы. Плюс – один длиннющий забор в Брагино. Больше каменных холстов для «самовыражения души художницкой порывов» нет. Проходят иногда молодежные фестивали разных направлений. Вот там, на переносных, и можно выразить себя. Но это все равно, что фехтование по переписке. Рисовать на щите и на настоящем доме – две большие разницы.

Алексей как-то у себя в Красноперекопском районе нашел трансформаторскую будку. Она была похожа на уставшую от жизни женщину. Старая, заброшенная, ненакрашенная, песок сыпется, внимание никто не уделяет.

Несколько дней райтер марафетил будку. Вложил в нее душу и десяток баллончиков с краской. Получился смешной дикобраз, стоящий на изумрудной траве, на фоне бруснично-соломенного заката. Старушка-будка сразу стала «первым домом на деревне», а все окрестные бабушки ходили за стенописцем и просили нарисовать что-нибудь у них во дворе. Одна женщина несколько дней поджидала Алексей и дала заказ изрисовать холодильник дома.

Депутат же предложил раскрасить фасады подъездов на его подшефной территории.

Самой большой мечтой райтера было нарисовать на доме, и чтобы ничего за это не было, а тут депутат предлагает список из десяти домов, баллончики с краской, оплату труда и гостеприимный прием жителей подъездов.

Наверное, в голове Маслюгина в тот момент образ ангела-покровителя райтеров имел застроенное лицо, шкиперскую бородку и деловой костюм с депутатским значком.

Все еще не веря своему счастью, Алексей и товарищи согласились.

Так или иначе, в проекте «рисунки на подъездах» участвовала вся творческая группа «Мос», ее костяк – Алексей и два Ильи – Соколов и Принцев.

Ребята предложили эскиз будущего рисунка на подъезде дома по улице Калинина 33 – пальмы, море, песок. Общественность его утвердила. Рисовать приходилось в сопровождении и старост домов, поскольку для жителей «Суздалки» такое тесное взаимодействие с молодежной субкультурой было впервые, и желающих позвонить в милицию оказалось хоть отбавляй.

Успех был грандиозный. Серые и страшные подъезды словно у косметического хирурга побывали. Тут же все скептически настроенные зеваки стали приглашать молодых людей к себе.

Отбор был строгий. Подъезд должен быть молод, со штукатуркой в хорошей форме и с козырьком. А то нанесешь рисунок на отваливающееся покрытие, и через неделю куски рисунка будут валяться на земле. И какой-никакой, а навес – он должен защитить картину от «небесной канализации». В «жеках» начальники удивлялись: жильцам, которым всю жизнь было «фиолетово», как выглядят их подъезды, приходили и требовали привести их в божеский вид. Вот она – великая тяга к искусству.

А художники тем временем рисовали. Бабочек, цветочки, небо, животных, птиц, морское дно и лунные ночи. План окрашивания района был прост. В каждом доме – не больше одного «одухотворенного» подъезда. И художники уже выбирали, какой рисунок подойдет к цвету дома, как он будет гармонировать с соседними домами. Вначале это были спокойные пейзажи, потом стали рисовать героев советских мультфильмов: Волка с Зайцем, Винни-Пуха, льва Бонифация. Дети были в восторге. Даже в их разговорах появились местные приметы: «Ты где живешь? В Вини-Пухе? А я – в Подсолнухах!».

Рисунок «Подсолнухи» – самая большая загадка для Алексея

- Мы рисовали картины со сложным рисунком, игрой цвета, оригинальной композицией, а все просят нарисовать такие же подсолнухи, как на подъезде дома на ул. Ньютона. Самая узнаваемая работа, – рассказывает художник.

Откуда у ярославцев такое ярое «вангожество», трудно понять, но подсолнухи впечатляют всех. Даже жители не «Суздалки» первым делом называют именно эту работу. Три цвета – желтый, черный, зеленый, крупные цветы, – но так объемно и маняще смотрятся! Даже синий почтовый ящик сапфировым пятном вписывается в цветовую гармонию.

Может быть, дело в том, что впервые на этом рисунке Алексей применил новые краски. Вначале рисовали баллончиками по 70 рублей. Но получалось как-то по-акварельному блекло. Предложили агелу-хранителю с депутатским значком более дорогие краски. Их и хватает «на дольше», и цвет сочнее, и линии можно более тонкие проводить.

Народный избранник, уже став искусствоведом, с радостью воспринял новацию. И, наверное, «Подсолнухи» впитали в себя всю радость художников от рисования качественными красками.

Но Алексею лично больше нравятся «Лилии». Есть такой рисунок среди заставок операционной системы Виндоус. Он его несколько видоизменил, вложил душу, потратил несколько дней для проработки деталей.

С каждым новым подъездом мастерство художников росло. Все-таки, редко кому удается получить заказы на 50 уличных работ. «Подъездного граффити» не то что в России, во всем мире не было еще, если верить поискам в Интернете.

Ярославцы уже научились обыгрывать фактуру стен, знают, как ведет себя камень под краской, как спрятать дверь в рисунке. Действительно, сейчас с десяти метров даже не поймешь, что это подъезд, и где же у него кнопка.

Художники начинали рисовать на подъездах – это как обычный заказ, а потом это превратилось, практически, в дружбу. Потому что за такие деньги, которые платит депутат, никто из профессиональных райтеров рисовать не будет. Но ребята получают колоссальный опыт, и сейчас группа «Мос» – самая известная райтерская группа Ярославля. Их уже приглашали разрисовывать коридоры в школах, на продуктовом магазине они нарисовали панно в честь тысячелетия Ярославля – с видами города. Другие депутаты насмотрелись на успехи коллеги и стали приглашать райтеров раскрашивать подъезды на Липовой и Брагино.

- Придешь, бывало, к потенциальному заказчику, а он просит показать какие-то работы. Мы говорим – на «Суздалке» подъезды видели? Тут же все вопросы отпадают, – рассказывает Алексей.

Графитчики уже рисуют в ночных клубах, меховых салонах, байкерских клубах, магазинах, школах, частных домах. Даже получали заказы из Москвы и ездили рисовать в златоглавую.

- Эх, вот бы в родном политехе нарисовать что-то. Даже забесплатно готов работать, – мечтательно вздыхает пятикурсник Малюгин.

Жильцы «Суздалки» уже узнают художников издали. Здороваются, спрашивают, когда и что будет в продолжение.

А в голове у депутата зреет новая идея. Мало того, что все подъезды покрыть рисунками, чтобы не было больше входов в дома, но и начать рисовать на фасадах домов копии известных картин.

Пришла весна; эй, баллон, готовься к бою!

Владимир Кобылинский

Для «ВЭ» из России

ПОСЛЕДНИЙ ГЕРОЙ УШЕДШЕЙ СТРАНЫ
Владимир КОБЫЛИНСКИЙ

Василий Попов – последний  Герой Советского Союза, который живет в Ярославле.

Свою Звезду Героя он заслужил на Северном полюсе, когда впервые в мире истребитель сел на дрейфующей льдине.

УКРОТИТЕЛЬ КОБР. ВОЗДУШНЫХ

В августе 1942 года командир звена 41-го истребительного авиационного полка (ПВО Москвы и на Волховском фронте) лейтенант Попов приехал в Иваново за новыми самолетами.  Истребители разбивались, изнашивали свой ресурс, и в полку оставалось лишь с десяток  “здоровых” самолетов. Срочно требовалось обновление. И когда уже Попов готов был отогнать самолеты в родной полк, то получил приказ: срочно сесть в пассажирский самолет и лететь  в засекреченное место.

Времена тогда были суровые, и чем закончится такая неожиданная поездка, никто не знал. Летчиков могли отвезти и на передовую, и в лагеря. Но, когда самолет приземлился в Америке, то изумлению советских пилотов не было предела. Сталин с Рузвельтом договорились, чтобы американцы помогали Советскому Союзу самолетами, и поэтому летом 1942 года  русские летчики стали перегонять штатовсккие крылатые машины с Аляски на фронт. И вот для этого летом в Америку привезли двенадцать летчиков.

Василий Попов за год войны стал опытным пилотом, совершил 206 боевых вылетов на истребителях И-16, МиГ-3 и Як-1, в 52 воздушных боях сбил лично 4 и в составе группы – 6 самолетов противника. Дважды был сбит сам, но парашют спасал.

Вначале летчикам дали попробовать полетать на американской технике.

- Мы сделали пару полетов на “Р-40″ и “Аэрокобре” – они очень похожи на “МИГ-3″, на которых я летал. Даже попроще были, – вспоминает Попов. – А через пару дней стали перегонять самолеты.

Он был первым, кто перегнал самолет из Аляски на Чукотку. Потом была создана целая авиаперегоночная дивизия из пяти полков. Попов попал во второй полк, который обслуживал участок от Уэлькале до Сеймчана.  До конца войны ярославец перегнал  256 американских самолетов.

Если кто-то думает, что это была легкая прогулка вдали от немецких самолетов, то он ошибается. Арктика сбивала летчиков не хуже асов Люфтваффе. В сорокоградусные морозы  замерзала гидросистема, становилась хрупкой резина шасси.  А преодолевать Верхоянский хребет приходилось на высоте 5-6 тысяч метров, в кислородных баллонах. За три года перегонов случилось 279 летных происшествий,  в которых потеряли 81 самолет и 115 летчиков. А Василий Попов летал, как заговоренный. Получил два ордена Красной Звезды за безаварийную работу.

УДАРИМ ИСТРЕБИТЕЛЕМ ПО ДРЕЙФУЮЩЕЕ ЛЬДИНЕ И АМЕРИКАНЦАМ

После войны наш земляк служил в строевых частях ВВС в Группе советских войск в Германии. Как только закончилась война, отношения СССР с союзниками резко охладели, и Сталин решил поставить «воздушный щит» в районе Северного полюса.

Это был наш ответ на речь Черчилля в марте 1946 года в Фултоне, которая провозгласила начало Холодной войны. Тут же на Чукотку перебросили 14-ю армию и ряд соединений ВВС.

Главнокомандующий предположил, что именно там будет удобнее перехватывать американские бомбардировщики, если они вдруг вздумают напасть на Советский Союз. Создали экспедицию “Север-2″, в которую вошли три летчика-истребителя. Их задача была простая: научиться сажать самолеты на льдинах около Северного полюса. Опыта полетов в условиях Крайнего Севера у советских летчиков было не больше, чем снега в Сахаре. Разве что, экспедиция по спасения полярников в 1936 году.

Мало кто из советских летчиков имел такой огромный опыт полетов в условиях Крайнего Севера, как Василий Попов. И вот весной 1948 года Василий Андреевич вместе с двумя летчиками на истребителях Ла-11 пролетели 8500 километров из Москвы  на мыс Шмидта.

Задача Родины была проста: научить сажать самолет на дрейфующую льдину.

Первая трудность пришла, откуда не ждали – летчики не могли самостоятельно такую льдину найти. Обычный истребитель ориентировался по магнитному компасу, который в близости Северного полюса переставал работать. Куда ни повернись, везде юг показывал. Каких-то ориентиров особых нет. На тысячи километров – одинаковый унылый пейзаж из бесконечных льдин.

Поэтому впереди истребителей посылали самолет “Ту-6,” у которого были астрокомпас и другие системы навигации. А за ним уже шла тройка истребителей.

7 мая 1948 года звено Попова пошло покорять Северный полюс.

Василий Попов стал заходить на дрейфующий аэродром. Полоса была нормальная. Шириной метров триста. Длинной около километра. Никаких наплывов льда, трещин; ровный, как биллиардный стол, ледяной аэродром молча покорялся садящимся на него истребителям.

Но не так прост был белый лед. Когда шасси коснулось его, чтобы затормозить самолет,  как обычно это бывает на земле, то даже при полностью включенных тормозах самолет и не думал останавливаться. Но у Василя Андреевича опыт приземления в сверхморозных условиях уже был, и он стал притормаживать и отпускать педаль. Так самолет лучше останавливался.

Потом летчики устроили праздничную трапезу. Обедом из сибирских пельменей на льдине в Северном Ледовитом океане, расположенной на 82 градусе 15 минутах северной широты и на расстоянии 1200 км от материка, редко кто мог похвастаться в то время.

Через год Попов еще раз сажал свой самолет на льдине. За эти посадки он и получил в 60 лет назад звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» (№ 6991).  Правда, награда нашла героя только через два года. Он тогда был на высших офицерских летно-тактических курсах в Таганроге. Вызвали в военкомат, там и вручили Звезду Героя. Работник военкомата с уважением  и любопытством смотрел на капитана: что же он сделал, если и в мирное время такое звание заслужил?

В 1960 году Попов ушел в отставку. К тому времени он уже был полковником, пилотом первого класса, замкомдивом. За 21 год в авиации освоил 24 типа самолета. Следующие четверть века работал техником, старшим инженером, начальником сектора авиационных шин ОКБ Ярославского шинного завода.

Василий Попов награжден двумя орденами Ленина, орденами Красного Знамени, Отечественной войны 1-й степени, четырьмя орденами Красной Звезды. Причем, некоторые награды нашли его спустя несколько десятков лет после окончания войны.

ЧАСЫ ОТ ПУТИНА

Василий Андреевич, как ветеран и Герой ВОВ, каждый год получает подарки. Когда конфеты, когда деньгами, но чаще всего – часами.  Представляете, сколько их за 65 лет после окончания войны у ветерана скопилось? Он уже раздавал их внукам, сыновьям, многочисленным родственникам. Больше всего запомнил часы, которые подарил ему президент Владимир Путин. Не собственноручно, конечно, а через ярославские власти. Но пуще всех президентских подарков любит Герой простые электронные часы, которые ему на 40-летие победы подарили земляки из Курьинского района Алтайского края.

Ведь Василий Попов окончил в селе Поспелиха школу-семилетку, работал учетчиком в совхозе, счетоводом на строительстве железной дороги на станции Поспелиха. Сейчас около администрации района стоит его бюст.

- Похож, – улыбается Василий Андреевич. И для него очень приятно, когда ему звонили земляки из Поспелихи. А простенькие часы “Электроника 5″ с выграненной дарственной надписью для Попова и сейчас главнее всех президентских подарков. Он их носит постоянно и гордится не меньше, чем орденами и медалями, тем более, что их у него отобрали.

В начале перестройки в квартиру ворвались двое бандитов, сразу – к шкафу; нашли военный китель полковника. Один держал героя, а второй скручивал награды. Потом плюнул и забрал весь китель с орденами целиком. А буквально накануне Василий Андреевич, словно предчувствуя, снял звезду Героя с мундира и положил ее в карман пальто жены. Так бандиты и не нашли самое дорогое. Очень жалко, что прошло двадцать лет, а власти до сих пор не догадались сделать дубликаты единственному герою СССР в Ярославской области.

Маленькую звездочку Героя Советского Союза я держал в руках впервые. На экранах телевизора она казалась ярко-золотой,  идеально ровной формы с длинными  линиями. В реальности – небольшая, темно-желтого цвета, какая-то словно сжатая, слегка выпуклая. Но энергетика настоящего подвига от нее идет даже сейчас, спустя шесть десятков лет .

МУЗЫКАНТОМ МОЖЕШЬ ТЫ НЕ БЫТЬ, НО СТИХИ ПИСАТЬ ОБЯЗАН

Последний герой Ярославля сейчас живет очень активно для девяностолетнего ветерана. Всегда в курсе последних политических событий, читает газеты. Ворчит на нынешнюю власть: «Я жил в социалистическом государстве, а сейчас у нас  капиталистическая Россия. В СССР жить было лучше, все были друзья, пели песни, продуктов нам хватало, лечили бесплатно. Сейчас другие времена, влачим существование, где это видно, чтобы в Америке продукты покупали».

Еще ходит на собрания ветеранов, правда, с каждым годом уже все реже.

- Ноги болят, глаза плохо видят. Не хочу ходить, чтобы меня двое человек как развалину поддерживали. Когда я был молодой, в семьдесят лет, то  и самочувствие было отличное, и ходил везде, – говорит Василий Андреевич.

Ветеран долгое время перезванивался со своими фронтовыми друзьями, но пять лет назад умер его товарищ из той тройки покорителей дрейфующей льдины, а пару лет назад скончался в Ленинграде его сослуживец.

Когда Василий Андреевич фотографировался для газеты, то достал свои самые сокровенные вещи: звезду героя, морской кортик (перед выходом в запас его перевели служить в морскую авиацию), модель истребителя «МИГ-15». На все наши попытки из десятка моделей самолетов, стоящих в тумбочке, выбрать побольше, летчик возразил: Это же бомбардировщик. Я – истребитель, и фотографироваться буду с истребителем. И стал не просто так позировать, а показывать моделью фигуры воздушного боя: «бочка», «мертвая петля», «боевой разворот», «свечка». Среди его военных атрибутов и общая тетрадь со стихами. Поэзией Попов увлекся  лет 10 назад. Говорит, что это у него от отца. Тот тоже стихами говорил. Но у летчика как-то раньше не было времени и желания писать. А на излете двадцатого века словно прорвало. Пишет про разное: про войну, любовь, природу, жизнь. Есть даже стихи про «Фабрику звезд».

Но нигде раньше не публиковался и вот в сегодняшнем номер нашей газеты у поэту Василия Попова дебют. С праздником!

Владимир КОБЫЛИНСКИЙ для «ВЭ» из России

НЕВОЕННЫЕ КАНИКУЛЫ
Владимир КОБЫЛИНСКИЙ

Триста детей из Южной Осетии и Абхазии провели весенние каникулы в ярославском лагере «Сахареж». Как отдыхали дети войны, рассказывает вожатая одного из отрядов Валерия Галанова

- Я учусь на первом курсе филфака в педуниверситете и у нас приглашали желающих, которые хотели бы работать с детьми и не боятся трудностей. Мне достался 2 отряд, где было 37 человек. В основном, это ребята от десяти до тринадцати лет из второй и пятой школы города Цхинвала, – рассказывает Лера.

Дети про войну наперебой не говорили, столько времени уже прошло. Но все равно этa тема всплывала в их разговорах достаточно часто. Аня Джабиева из Лериного отряда рассказала, что война началась не восьмого августа, а первого. Точнее, обстрелы начались первого числа и длились четыре дня. Но если учесть, что в Осетии постреливают изредка последние двадцать лет, то все думали, что постреляют и закончится, как обычно. И так оно и было. Четвертого числа вроде все стихло. Восьмого числа президент Грузии Михаил Саакашвили выступал с речью о том, как он уважает осетинский народ, а спустя четыре часа в республику вошли грузинские танки…

Дети рассказывали, что первое время разговоры были только о войне, тем более что не было ни одной семьи, которой бы она не коснулась в той или иной степени.

- Первый день все очень испугались, а потом устали бояться. Стали делать все механически: здесь безопасное место, можно спрятаться. Там не обстреливали – стоит перебраться туда. И постоянно думаешь – главное, чтобы близкие не пострадали, – рассказывал один из цхинвальских школьников

Школьникам показали два фильма. Один – художественный, который шел по первому каналу, а второй – документальный, скачанный из Интернета.

«Олимпус инферно» дети смотрели с удовольствием. Радостно говорили: «Вот это снимали в Осетии, а это Абхазские пейзажи». Дети видели, как главные герои попали под обстрел, и узнали среди домов свои жилища, школы. Когда на экране появились российские танки, то зрители кричали «ура»!

Но фильм не понравился.

- Они не показали и десятой части того, что там происходило, – говорили дети войны, но делали скидку на скороспелость и художественность кино.

А вот документальный фильм даже досмотреть до конца не смогли. Там были очень шокирующие кадры, все было правдиво и от этого жестоко до боли. У многих детей и взрослых стали наворачиваться слезы на глаза. Воспитатели отряда просто прервали сеанс.

В лагере отдыхали осетинские, абхазские и грузинские дети. Конфликтов между собой у них не было. Все понимают, что виноват не народ, а президент Грузии Саакашвили. Почти все дети свободно говорили на русском языке. Хотя были школьники из горных районов, разговаривающие на старогрузинском языке, который не менялся с шестнадцатого века. Их даже дети из других отрядов не понимали.

Леру очень поразила воспитанность осетинских ребят, которых в лагере было большинство. Уважение к взрослым и у них очень велико, и поэтому они были очень послушны. Никогда мат не срывался с их уст. И очень гостеприимны: стоит зайти к ним на минутку, а тебе уже радуются, словно дорогому гостю, которого не видели сто лет.

А в остальном… дети, как дети. Так же играют, смотрят мультики, возятся с мобильными телефонами. Правда, у многих на них картинки с национальной символикой, пародии на грузинского президента, которого дети считают трусом и подлецом. В их мобилах фрагменты, как он прятался от российских самолетов, жевал галстук, видеомонтажи, изображающие Сакаша ( так его называют дети) в виде женщины, жабы и т.д.

И практически у всех на сотовых видеокадры обстрела их родины и то, что осталось от города после бомбежек. Что-то скачанное из Интернета, а что-то и собственноручно записанное.

Леру поразили рисунки Сослана Чочиева. Что рисуют дети в десятилетнем возрасте? Дома, машины, деревья, реки, животных, героев любимых мультфильмов. И все это у мальчика было. Но среди них естественным путем появились военные рисунки. На одном из них сцена боя. Самолеты и вертолеты обстреливают город, двое солдат идут против танка. С пугающей точностью прорисована броня танка и форма солдат. На другом рисунке показано, как больше похожий на робота солдат открывает дверь осетинского дома. Разгрузочный жилет, кобура на боку, каска, пятнистость формы – все это сразу убеждает, что ребенок видел то, что рисует. На другой картинке, некто в маске высовывается из красной гражданской машины и стреляет. И видно, как от пистолета отлетают гильзы….

А в Ярославле детей поразил снег. У них температура обычно ниже минус семи не опускается, и если снег и выпадает, то он лежит недолго и очень тонким слоем. А в России они увидели сугробы по пояс, поиграли в снежки. Покатались на санках, лыжах, коньках. Особенно их поразило, что все это происходит в апреле месяце.

Некоторые дети впервые прокатились на поезде, изумились ширине Волги – у них-то реки горные, узкие. Очень многих ребятишек покрестили. Осетины – все же православный народ и с удовольствием дети крестились в церкви.

Дети ездили на экскурсии, к ним приезжали артисты ТЮЗа, мальчиков вывозили на полуфинальные хоккейные матчи с «Металлургом».

Во время каникул провели день осетинской культуры. Там дети пекли свои национальные пироги, пели, танцевали. И тут война снова дала о себе знать. Дети читали свои стихи о войне, пели уже родившиеся военные песни, со слезами исполняли гимн Цхинвала.

Все это производит очень сильное впечатление.

- Одно дело, когда видишь это все по новостям. Конфликт, стреляют. Но когда говоришь с очевидцами этих событий, которые к тому же младше тебя, то ощущения от ужаса войны увеличиваются раз в двадцать. И думаешь – а каково же было тем, кто это все вживую видел… Мне кажется, что у этих детей слишком взрослые глаза,.. – вспоминает Лера.

Дети отдохнули в России. Они и без того очень любят русских. У многих есть заставки на телефоне с портретами Путина и Медведева, надписи « Путин – супер», «Привед, Медвед» и т.д. А уж после отдыха в Ярославле они еще большей любовью прониклись к россиянам. Зовут всех Ярославцев в гости. Но никто не изъявил желания остаться жить в России. Каждый хочет поднимать родную республику. Когда город был вымерший после войны, каждый, возвратившийся в родной Цхинвал, встречался как герой.

Когда дети уезжали, то обменялись с Лерой ленточками. Она им российский триколор, а они ей свою желто-красно-белую ленту подарили. Висит теперь осетинский символ на сумке ярославской первокурсницы. И она теперь знает, чем пахнет война…

Владимир КОБЫЛИНСКИЙ

Увлечение Человек с фотографии
Владимир КОБЫЛИНСКИЙ
Хобби бывают разные. Один пивные банки собирает, другой из лука стреляет, а Лилия Камчатная в свободное от основного вида деятельности время трудится фотомоделью.

Вначале была пленка

Ярославль и в пленочную эпоху был весьма фотографичным городом, где одна выставка местных фотографов сменяла другую. А с появлением цифровой техники фотографировать начали и стар, и мал. Наверное, каждый, державший в руках «цифру», прошел через этапы фотографирования портретов друзей и близких, макросъемки жучков-цветочков и съемок раскрепощенных девушек в стиле «ню».

Но желание «фоткать» природу и архитектуру быстро пропадает, домашние начинают звереть при попытке сделать миллион первый портрет, а знакомые девушки больше одной съемки делать не хотят. И даже для профессионального служителя фотоаппарата найти модель – большая удача. Лиля же работает с десятками фотографов в Ярославле, Москве, Питере. И, что немаловажно, бесплатно.

Девушка с Севера

Муж нашей фотомодели – директор ночного клуба. Кто бы сказал девять лет назад скромной девушке из деревни Ерцево в Архангельской области, что ее ждет такое богемное будущее… Девушка с цветочным именем тогда собиралась поступать в железнодорожный техникум. Причем, выбор профессионального будущего был неромантично прост.

- Ближайшие к Ерцево крупные города – Москва, Архангельск, Вологда и Ярославль. В Архангельске слишком холодно, Вологда – чересчур маленький город. Москвы – боюсь. Остался Ярославль, – говорит Лиля. – А железнодорожный техникум выбрала не потому, что потомственная железнодорожница. Соблазнилась общежитием и бесплатным проездом домой. Предпочла техникум институту из-за деревенского страха: куда нам, деревенским, в городской калашный ряд!

Как Иван Лилю спас

С профессиональным фотографом девушка столкнулась, когда училась в университете железнодорожного транспорта (не так оказалось страшно поступление в вуз, как его малевали односельчане). Камчатная тогда работала техником в вузе. Коллеги по работе сказали, что фотограф Олег Смыслов ищет модель. А Лиля очень подходила на эту роль. Высокая, стройная. Красивое, просветленное лицо, живые глаза. Что ни наденет – все к лицу.

Олег – человек «старой школы». Снимал исключительно на пленку, портреты в стиле, который был в моде лет за 15 до рождения Лили. Компьютера боялся, как пленка – солнечного света. Фотографии модели давал в виде карточек. Ну куда это в нашем третьем компьютерном тысячелетии годится? Ни друзьям по почте послать, ни в Интернете выложить. Да и классические портреты как-то девушку не вдохновляли. Есть же фотошоп, близкие к авангардизму снимки, постановочные съемки. И так бы карьера фотомодели и оборвалась на первом опыте, но тут появился фотограф Алексей Бородин с большим проектом. Он снимал, как в старину отмечали праздник Ивана Купалы. Собрали двадцать девушек, пошили им древнерусские рубашки, отвезли на природу. Три дня девушки плели венки в лесу, купались в реке, сидели у костра, пели песни. После таких интересных съемок желание позировать перед камерой у ярославны приумножилось.

В этом момент Алексей Бородин познакомил Лилю с начинающим фотографом Леной Воеводиной. Девушка только купила дорогущий фотоаппарат и горела желанием снимать все, что движется. Опытный Бородин свел начинающих модель и фотографа и стал их учить. Одну – как снимать, другую – как позировать. И девушки творчески росли вместе. С тех пор Воеводина – один из любимых авторов Лили.

Корова, кольчуга, печка

Самая удивительная съемка для Лили была с московским фотографом Сергеем Ворониным. Он приехал в Мышкин делать серию снимков для «Русского журнала» в духе старины. Но эти съемки уже были платными. За три дня работы девушка получила больше, чем ее месячная зарплата в университете. В восемь часов съемки начинались и в час ночи заканчивались. Ради пяти – шести фотографий в журнале было сделано несколько тысяч снимков.

Очень много снимали в «Музее мифов» под Мышкином. В интерьере старинной русской избы с предметами того времени Лиля (на снимке слева) входила в образ русской девушки XII века. То она в роли матери выступала, то настоящую корову доила, то в кузне в кольчугу обряжалась. Фотограф даже заставил ее сделать самой тесто и испечь хлеб в настоящей печке.

После того, как эти и другие снимки попали в Интернет, на Лилю хлынул поток приглашений от самых разных авторов, которые хотели бы ее видеть в качестве фотомодели. Даже из других городов ее зовут. Пока она выбрала Питер и Москву. Причем, вторая столица идет в списке поездок раньше первой, поскольку ярославне там комфортнее и интереснее. Она в другие города ездит сниматься совершенно бесплатно! Даже проезд, питание и проживание – все из своего кармана.

- Фотографируюсь за фотографии, – поясняет девушка.

Ей нравится сам процесс съемки, когда можно примерить маску другого образа или испытать какие-то новые ощущения. Когда бы обычной девушке довелось походить в кольчуге или сделать себе совершенно безумный макияж?

А в Петербурге Лилю привлек креатив фотографов Юлии Напольской и Саши Афонина. У них съемки постоянно необычные. То она за пистолет хватается, то в ковбойской шляпе на фоне горы ящиков, то… с собственным лицом в руках.

Однажды нашли в подвале картину, где лежала обнаженная девушка с виноградом и решили сделать «фотокопию». Удачный вышел снимок. Его потом увидели на одном из сайтов. Только хозяйка анкеты свое лицо вместо Лилиного вставила.

А вот у ярославского автора Елены Воеводиной взгляд на жизнь более грустный, лиричный. И фотографии выходят тонкие, чувственные. Как-то с Леной Лиля в пять утра вставала, чтобы сфотографироваться во время рассвета на набережной. Или Воеводина нашла платье в стиле XIX века, и получились съемки «а ля бесприданница».

Однажды Елена сняла старый, заброшенный актовый зал одного из заводов и там делали сессию «Опустевший театр». По просторам Интернета ходит популярный снимок, где Лиля играет на скрипке на берегу реки. Кто-то его даже в качестве своей «визитки» на форумах использует.

Я в модели бы пошел. Пусть меня научат

Люди, далекие от модельного бизнеса, считают, что все это ерунда, и что нельзя сравнивать работу модели с тяжелым физическим или умственным трудом. Мол, модели, демонстрирующие одежду, хоть ходят. А фотомодели вообще просто стоят – и все. Лиля это опровергает.

- Не знаю, почему, но даже во время обычных съемок к концу дня очень сильно устаешь, словно камера из тебя все силы выпила.

А ведь это она про обычные съемки с любителями, которые по четыре-пять часов длятся. Когда же коммерческие, то рабочий день растягивается на 16 – 17 часов.

Модель уже знает, какие ракурсы ее лица и тела наиболее выигрышно смотрятся. Как руки вывернуть, чтобы выглядеть эффектнее. Раньше фотограф говорил модели: «Смотри туда. Подбородок ниже», а теперь достаточно: «Дай мне веселую грусть», и девушка уже сама знает, как это изобразить.

Уже сейчас она выбирает, с кем фотографироваться. Приглашения позировать на нее сыплются, как из рога изобилия, но она предварительно смотрит работы фотографов и соглашается на одно предложение из десяти.

Недавно ее пригласил попозировать днепропетровский фотограф. Она посмотрела его работы и обомлела. Там снимают под старину, в стиле, костюмах и интерьерах старого времени. Очень хочется попробовать, но поскольку для нее фотографирование – хобби, а не работа, то ждет отпуска. Оставлять свою работу техника и менять ее на заработки фотомодели не хочется. Ей коллектив коллег по университету милее каждодневных съемок. Сейчас она может фотографироваться для души, выбирая мастера, а превращать увлечение в каждодневный труд нет желания.

Владимир КОБЫЛИНСКИЙ для «ВЭ» из России