Как уже сообщалось ранее («ВЭ» №42), в Ванкувере будет представлена опера «Норма» Винченцо Беллини (28 ноября, 1, 3 и 5 декабря в 19-30 в Queen Elizabeth Theatre). Главную партию в этой опере будет исполнять всемирно известная оперная певица, необыкновенная Асмик Папян, которую порой называют «лучшей из всех мыслимых Норм».

Она выступает на самых знаменитых оперных сценах мира – в Большом и Мариинском театрах (Россия), в Ла Скала (Италия), в Венском оперном театре (Австрия), в оперном театре Бастилия (Франция), в оперном театре Лисео (Испания), в Метрополитен и Карнеги-Холл (США) и многих, многих других.

В репертуар Асмик Папян входят партии в операх Набукко, Леди Макбет, Аида, Оттело (Верди), Тоска, Мадам Баттерфляй (Пуччини), Кармен (Бизе), Хованщина (Мусоргский), Пиковая Дама (Чайковский) и других.

Мне посчастливилось взять интервью у Асмик Папян для читателей нашей газеты.

- Почему Вы выбрали мир классической музыки для своей карьеры? Я знаю, что сначала Вы закончили Ереванскую консерваторию по классу скрипки. Почему потом решили учиться на оперную певицу, ведь это такая редкая профессия сегодня?

- Я хотела быть музыкантом с раннего детства. Уже в пять лет я захотела играть на скрипке, и родители отдали меня учиться музыке, хотя у нас в семье нет ни одного музыканта, я была первая. Я училась скрипке 18 лет, и моя карьера скрипачки, казалось бы, уже была предрешена, если бы не случай. На последнем курсе консерватории во время традиционных встреч с друзьями я стала петь для них романсы. Моих друзей это очень тронуло. Может быть, был такой возраст, время романтики и влюблённости, не знаю, но они сказали мне, что я должна петь не только в кругу друзей, но и для публики. Однажды, проходя по коридору консерватории, я спросила руководителя кафедры вокала, есть ли у меня голос. Та проверила и сказала, что я должна петь обязательно. Так, шутя, я начала учиться на певицу. Пение меня настолько заворожило, было для меня таким естественным, что я всё бросила и стала заниматься только им.

- Кого Вы считаете своим учителем? Кто Ваш любимый оперный исполнитель, который, возможно, Вас вдохновляет, или примеру которого Вы следуете?

- Очень многому я научилась у скрипки. Я выросла с ней в руках. Моя музыкальная база была другой, чем у вокалистов, я училась слушать по-другому. Своими успехами я обязана в первую очередь именно скрипке. В консерватории у меня был очень хороший учитель, профессор, известная армянская певица Татевик Сазандарян, которая меня правильно направила с самого начала. Я и сегодня продолжаю учиться. Я слушаю многих певиц, у каждой есть что-то уникальное, чему я стараюсь научиться. У меня очень много любимых музыкантов, исполнителей, есть любимые скрипачи, любимые виолончелисты. Самая любимая моя певица — это, конечно, неповторимая Мария Каллас.

- Вы поёте на самых знаменитых оперных сценах по всему миру, работаете с выдающимися дирижёрами и всемирно известными исполнителями. Как Вам удалось достичь такого грандиозного успеха и признания? Вы проснулись знаменитой после какого-то конкретного выступления, или как это было, расскажите Вашу историю?

- У меня никогда не было цели стать знаменитой. До меня были талантливые певцы, сейчас они есть, и в будущем они придут. Свыше мне дан небольшой жизненный отрезок и я должна максимально его использовать, использовать для того, чтобы порадовать людей. Я просто работала и наслаждалась тем, что я делаю. И когда мне надо было за пять дней выучить роль и спеть её, я не задумывалась, «бросалась в огонь». Этот труд спустя время вознаграждается. Я считаю, что я достигла очень многого благодаря своему большому труду. У меня и сейчас нет ни отдыха, ни отпуска.

- Есть ли у Вас любимая оперная сцена, если да, то почему Вы её выделяете среди остальных?

- Мой самый любимый оперный театр — Венская опера, это одна из главных причин, по которой я живу в Вене. В Вене сохранились оперные традиции, когда публика ходит на репетиции, ждёт у артистического входа, чтобы увидеть новую Тоску. Это публика, которая стоит в очереди целую ночь, чтобы приобрести билеты на стоячие места. Это публика, которая 40 минут аплодирует и не уходит. Венская опера — моя любимая сцена.

- Есть ли у Вас любимая оперная партия или музыкальное произведение из Вашего репертуара? А может, любимая героиня из тех, кого Вам пришлось играть?

- Я люблю все свои роли. Без любви, без особого отношения невозможно красиво исполнить партию. В то же время я очень люблю Лизу, героиню оперы Чайковского «Пиковая дама». Про неё у меня есть особенная история, связанная с Геннадием Николаевичем Рождественским (российский дирижёр и музыкально-общественный деятель, профессор Московской консерватории, народный артист СССР, один из крупнейших дирижёров XX века – примечание автора). Впервые я встретилась с ним ещё будучи студенткой во время правительственного концерта в Кремлёвском Дворце в честь вступления Горбачёва в должность Президента. Тогда от каждой республики были направлены молодые артисты, меня направили от Армении. Позднее мы встретились с Рождественским на первой репетиции «Пиковой дамы», он не помнил, что мы уже работали вместе. Все артисты называли ему тогда партии, которые они собираются исполнять. Галузин сказал, что он будет петь Германа, Образцова, конечно, назвала партию графини. Я сказала, что я буду петь Лизу, на что Рождественский ответил: «Вы так похожи на неё». Это был самый большой комплимент в моей жизни, потому что Лиза моя любимая героиня. Партия роскошная, музыка красивейшая. Я бы хотела её петь почаще, но её не ставят так часто, как хотелось бы.

- Я читала, что партия Нормы одна из самых сложных для исполнения в репертуаре сопрано. С ней справлялось всего несколько оперных мастеров, кроме Вас это были Мария Каллас, Монсеррат Кабалье. Для Вас эта партия имеет сложности с точки зрения техники исполнения? Сложно ли перевоплощаться в Норму, столь трагичный и самопожертвенный характер?

- Вынести на сцену Норму физически, вокально и драматически очень трудно, потому что роль очень насыщена. Норма почти всё время на сцене. Для этой партии нужно иметь три голоса — лирическое сопрано, драматическое сопрано и сопрано в нежном регистре, почти альтовое. В этой партии есть все краски, все возможные эмоции, поэтому она и мечта всех певиц, не только сопрано, но и меццо-сопрано, даже тенора, по-моему, хотели бы её спеть. Опера Норма – это бесконечная мелодия. Не только у меня, но и у моих партнёров красивые партии.

- Правда ли, что за неделю до представления оперная певица ни с кем не разговаривает, потому что голосовые связки должны отдохнуть после многодневных репетиций, и голос должен стать кристально чистым и свежим для зрителя? Если да, как Вы общаетесь со своими близкими в эти дни?

- Нет, это не так. В день спектакля, конечно, надо стараться меньше говорить, меньше общаться для того, чтобы оградить себя от внешнего мира. В этот день я не слушаю новости, чтобы не огорчаться из-за очередного кризиса или природной катастрофы, которые на меня очень отрицательно действуют. Но неделя — это преувеличение. Разговаривать можно и нужно, чтобы связки работали. Я смотрю на это легко, иначе невозможно путешествовать с континента на континент и выступать на разных сценах.

- Сколько времени в день у Вас отведено репетициям? Быть оперной певицей – это тяжёлый труд и строгая дисциплина или это страсть и самопожертвование ради любимого дела?

- Это всё вместе. Голосом петь можно два часа в день, не больше. Основное время уходит на то, чтобы выучить партию, повторить те тексты, которые уже знаешь. Это постоянный труд, беспрерывная работа. Хотя бывают дни, когда я вообще не пою или пою мало. Составляющим профессии оперной певицы является знание иностранных языков. Когда я начинала карьеру, я не знала французский язык. Я выучила партию Микаэлы, но приходилось постоянно зубрить. Я, конечно, понимала, о чём пою, но это был каторжный труд. Я решила, что лучше полгода потрачу на изучение языка, чем буду зазубривать каждое слово. Сегодня на всех языках, на которых я пою, я разговариваю. Я знаю итальянский, французский, немецкий, русский, армянский и английский языки. Несомненно, для того, чтобы их выучить, пришлось много работать. Несмотря на всё это, я стараюсь не давить своим режимом на близких и окружающих. Они же не виноваты, что я певица. (Асмик смеётся).

- Участвуете ли Вы в каких-нибудь программах, популяризирующих оперу?

- Я выступала на благотворительном концерте, организованном Дойче Банком в пользу нуждающихся детей. Я очень гордилась тем, что они собрали 2 млн. евро за один вечер и отправили деньги в Африку. В таких мероприятиях я участвую при каждой возможности с удовольствием. Я также считаю, что опера – для аристократичной, изысканной публики, не каждому дано понимать оперу, и не все должны её любить. Правда, хотелось бы, чтобы молодёжь больше интересовалась этой музыкой, потому что по моему глубочайшему убеждению молодой человек, который слушает классическую музыку, никогда не сделает агрессивного поступка. Эта музыка успокаивает и культурно обогащает. Например, в Германии в общеобразовательных школах каждый ребёнок должен обязательно играть на каком-нибудь музыкальном инструменте по своему выбору. С ранних лет у детей развивают музыкальный слух, это просто грандиозно.

- Даёте ли Вы уроки начинающим исполнителям? Если нет, думаете ли в будущем поделиться своими профессиональными секретами и знаниями с подрастающим поколением? Есть ли вообще будущее у оперы? Есть ли молодые таланты, которые хотят познавать это искусство?

- Я не преподаю, чтобы преподавать надо всю душу отдавать этому ремеслу. К учителю приходит человек, который решил стать певцом и который фактически доверяет ему свою судьбу. Поэтому надо полностью участвовать в формировании этого человека. Это очень большая ответственность. Чтобы преподавать, надо много рассказывать, много петь, много показывать. При моей занятости сейчас я не имею на это времени. А в будущем, конечно, хотелось бы поделиться своим опытом. Я буду давать мастер-классы, уроки для желающих научиться петь. Опера не умрёт никогда. К ней есть очень большой интерес, особенно в Европе, есть очень много талантов. Правда, сейчас некоторые артисты хотят сразу стать знаменитыми, получить главные партии, большие роли. Менеджеры и директора театров дают молодым певцам большие партии, а через два года те теряют голоса. Это печально. Опера немного превратилась в бизнес. Я надеюсь это изменится.

- Каковы Ваши творческие планы? Есть ли у Вас партия, которую Вы мечтаете исполнить?

- Да, есть партия, о которой я мечтаю. Я буду исполнять её в следующем году в Далласе, буду петь Анну Болейн Доницетти. Это прекраснейшая партия, но очень-очень редкая опера. После этого я буду петь сольный концерт в Стамбуле, потом я буду петь Норму в Варшаве, Аиду в Метрополитен-опера, Тоску в Венской Штатс-опера, Леди Макбет в Дрездене и т.д.

- И в заключение вопрос о Вашей Родине. Вы живёте сейчас в Вене. Как часто Вы навещаете Армению? Скучаете ли по местам, где провели юность? В 2005 г. Вы были награждены Орденом за огромную роль в качестве «культурного посла Армении по всему миру». Как Вы поддерживаете армянскую культуру?

- Армянскую культуру я поддерживаю всячески, как только могу. Я приезжаю в Армению каждый год. У меня там много друзей, родственников, почти все там меня знают. У меня на Родине даже есть свой дом. Мой муж, немец, тоже любит Армению, он выучил армянский язык, умеет на нём писать и читать. К счастью, существует прямой рейс из Вены в Ереван, самолёты летают каждый день. Армения — это маленькая страна, 3 млн. армян живут на Родине и 8 млн. за её пределами. У нас была сложная судьба и история, из-за чего мы разбросаны по всему миру. Я очень скучаю по своей стране, очень её люблю.

Ирина Мис, «ВЭ»

Режиссёр этого фильма – Коринна Аврамиду – любезно согласилась дать интервью для читателей нашей газеты.

- «Последнее возвращение домой» – это Ваш первый полнометражный фильм, расскажите немного о своей предыдущей карьере.

- Свой богатый опыт работы в кино я получила на телевидении. Начиная с 1992 года, до настоящего времени я работаю в телерадиокорпорации Кипра режиссёром сериалов и телевизионных фильмов. В 2001 году я сняла короткометражный фильм «Секрет первого дня» (The Secret of the First Day) по своему сценарию. Это было психологическое исследование жизни разочарованного юноши и его сложных взаимоотношений с матерью-инвалидом. Данная работа получила награду за лучший сценарий на Кипрском фестивале короткометражных фильмов.

- Вы написали сценарий и к фильму «Последнее возвращение домой». Откуда Вы черпали вдохновение для этой работы? Как нашли эту историю и характеры? Коснулась ли война на Кипре 1974 г. Вас или Вашей семьи?

- С тех пор как я себя помню, я всегда хотела снимать фильмы. Повзрослев, я поняла, что горе и тяжёлые воспоминания событий, происходивших на Кипре в 1974 году, которые преследовали моё детство, просто требуют от меня найти художественный способ излить трагедию моей страны посредством творчества. Дом семьи моей мамы находился в Керении, она родилась и выросла в этом красивом прибрежном городке, с момента войны он находится под турецкой оккупацией. Так возникла история о воссоединении семьи, которая была разрушена войной тем особенным летом 1974 года. В процессе развития этой истории появились герои, которые становились всё реальнее, наполнялись своими страстями и секретами.

- Где Вы изучали режиссуру? Есть ли у Вас любимый режиссёр?

- Я изучала режиссуру в Нью-Йорке и в Лондоне. В Нью-Йорке нас учили в основном американским традициям кинематографа, мы изучали такие великие фильмы, как «Чайнатаун» (Chinatown). В Лондоне нас учили в большей степени традициям европейского кинематографа. Таким образом я считаю, что нахожусь под воздействием обеих школ. Мой любимый режиссёр Бергман и его «Шёпоты и крики» и «Фанни и Александр», а также Тарковский с любовной сценой в фильме «Жертвоприношение», которая, по моему мнению, является самой красивой сценой любви за всю историю кинематографа (в ней возлюбленные начинают восходить к небу, подобно Христу). Мне также нравятся работы Педро Альмодовара, Вуди Аллена.

- Как долго Вы работали над созданием фильма «Последнее возвращение домой»? Какие трудности Вы испытывали во время работы над картиной?

- Я написала сценарий в 2003 г. и продолжала его дорабатывать вплоть до того, пока не сняла фильм летом 2007 года. Самая большая трудность, которую мы испытали – это финансирование проекта. Кинематограф — это очень дорогое увлечение, особенно на Кипре, где денежные фонды для кино ограничены, а кипрский кинематограф находится ещё на ранней стадии развития. Пришлось сражаться в нескольких сложных битвах за финансирование, чтобы начать снимать. В 2008 г. работа была полностью завершена, и фильм был готов ко встрече с миром!

- Продюсер фильма «Последнее возвращение домой» Кериакос Тофаридес в одном из его интервью сказал, что фильмы делаются либо с большими деньгами, либо с большой любовью. Если этот фильм не был продуктом больших денег, что было Вашей большой любовью? Кинематография? Кипр? Что-то ещё?

- Нашей большой любовью было и всегда будет искусство создания фильмов, фильмов о киприотах, об этом запахе, цвете и «вкусе» острова в Средиземном море, который мы зовём домом. Тео Ангелопулос однажды сказал, что чем более специфичен и локален фильм, тем более всемирным он становится.

- Расскажите о названии фильма, почему это последнее возвращение домой?

- Потому что для героев фильма это означает конец той жизни, которую они имели раньше. Война изменила их страну, их дом навсегда. Она начертила разделительную полосу между двумя общинами, ничто не осталось прежним после этого несчастья.

- Почему зритель так и не узнает, что стало с Александрой и двумя братьями после войны? Это были их последние дни на родине?

- Вопрос открыт для толкования. Измена, произошедшая в их личной жизни и в жизни их страны, была сильным ударом. Всё, что случится после неё, будет сопровождаться тёмной тенью потерь, отныне преследующей их. Они не смогут быть такими же невинными, как прежде. И Кипр, и они уже не будут такими невинными. Теперь они повзрослели, боль сделала их сильнее, возможно печальнее, но в то же время мудрее. Они стали другими, и их будущее непредсказуемо.

- Вы используете много символов в своей работе. Море — один из героев фильма, это и образ души Александры, и самого Кипра. Спектакль «Троянские женщины» – это предвестник грядущей войны. Русская литература богата символами. В своём творчестве их использовали Толстой и Достоевский? Вы любите читать? Откуда Вы получили глубокие знания символизма?

- Да, я много читаю. Я думаю, что если человек не читает, он не сможет найти свой собственный голос позднее, в своей творческой жизни. Я большой поклонник русской литературы, особенно люблю «Братьев Карамазовых» Достоевского и «Анну Каренину» Толстого. Мне также нравятся герои произведений Чехова с их страстями, которые никогда не приносят счастья. Я прочитала все произведения Габриэль Гарсия Маркеса и считаю, что его «Сто лет одиночества» является одной из самых великих работ современной литературы. «Невыносимая лёгкость бытия» Милана Кундеры также мастерская работа, которая оказала на меня сильное воздействие, как и американские писатели Филип Рот и Джон Ирвинг. Недавно я открыла для себя восхитительного японского автора Харуки Мураками, произведения которого наполнены удивительными образами и символами. Можно заметить, что каждый из этих писателей в какой-то степени оказал влияние на моё творчество. Да, я люблю символизм, но использую его не для того, чтобы кого-то запутать или усложнить понимание. Символизм в моей работе есть, но он не делает её непостижимой.

- Деспина Бедедели (одна из актрис, сыгравших в фильме «Последнее возвращение домой») сказала, что искусство на Кипре сегодня – это оружие одновременно оборонительное и наступательное, это мирное наступление. Она считает также, что искусство является инструментом просвещения. «Последнее возвращение домой» – это оружие или урок, или всё вместе?

- Я бы хотела надеяться на то, что, как сказала Деспина Бедедели, фильм дал бы возможность обратить внимание мирным путём, которым искусство может обратить внимание, жителей Европы и всего мира на то, что произошло на Кипре, и, надеюсь, помог бы разрешить наши разногласия, чтобы идти и развиваться дальше. Это было бы настоящим благословением…

- В конце фильма одна из героинь говорит: «Мир иногда такой красивый, что моё сердце болит». Это Ваши слова, это Ваше сердце болит?

- Да, в самом деле, моё сердце болит за мир, которого больше нет…

- Почему киприоты проголосовали против объединения Кипра на референдуме 2004 г.?

- Это сложный вопрос. Очень много причин. Много неразрешённых проблем. Я полагаю, что в большей степени из-за страха. Они боялись неизвестности — что, если план Кофи Аннана будет слишком запутанным и не функциональным? Также они боялись, что Турция могла бы получить право на вмешательство в любой момент, это ещё больше усиливало их чувство опасности. Я думаю, что это основные причины.

- Был ли ответ Турции на фильм? Получили ли Вы какие-нибудь негативные отзывы со стороны турецкого правительства или народа?

- Я не имела возможности показать свой фильм в Турции. Мой друг, турецкий киприот, который играет роль Азиза, актёр Осман Алкас посоветовал мне отправить работу на Турецкий Киприотский кинофестиваль в Никосии. Я фильм отправила, но к сожалению фестиваль не состоялся из-за недостатка денежных средств.

- Показывали ли Вы «Последнее возвращение домой» в России? Как российские зрители восприняли фильм?

- Да, фильм демонстрировался в Санкт-Петербурге, а также в Киеве, на Украине. И там, и там премьера прошла при полных зрительных залах. Я думаю, публика восприняла фильм очень хорошо. Я бы очень хотела иметь возможность показать свою работу также и в Москве.

- Каковы Ваши будущие планы? Работаете ли Вы над новым проектом?

- Сейчас я совместно с Кериакосом Тофаридесом работаю над созданием нового полнометражного фильма «Дом, милый дом» (Home, Sweet Home) в жанре политической комедии. Мы работаем над сценарием, а также пытаемся найти финансы для съёмок — опять! Это вечная борьба, но … это здорово!

Ирина Мис, «ВЭ»

Этот фильм получил награду, как лучший полнометражный фильм на Международном фестивале греческих фильмов в Лондоне. За «Последнее возвращение домой» Коринна Аврамиду была признана лучшим начинающим режиссёром на 25 Международном кинофестивале в Александрии. Фильм также является официальным финалистом Канадского Международного кинофестиваля 2009 г.

Чтобы лучше понять работу Коринны Аврамиду, нужно возвратиться к истории Кипра. Этот живописный остров в Средиземном море из-за своего выгодного стратегического положения не раз был объектом посягательств различных государств. Ещё в начале 12 века Кипр был захвачен крестоносными войсками Ричарда Львиное Сердце. С 16 по 19 века остров находился под властью Османской империи. В конце 19 века Кипр был оккупирован Великобританией с согласия Турции. В 1914 г. после вступления Турции в Первую мировую войну Кипр был аннексирован (насильственно присоединен в одностороннем порядке) Великобританией. В 1960 г. остров получил независимость.

Мир на Кипре продлился недолго, всего 14 лет. Да и в это время часто наблюдались вспышки межэтнических столкновений между греческой и турецкой общинами. Летом 1974 года, когда к власти на Кипре пришла группа радикалов во главе с Никосом Сампсоном, членом греческой подпольной организации ЕОКА-В, Турция отправила на остров свою армию. После турецкого вторжения остров был разделён на Север, контролируемый Турцией, и Юг, контролируемый греками-киприотами. Линию, разделяющую остров на два сектора, охраняют вооруженные силы ООН. Фактически северная часть острова была оккупирована Турцией, данный факт был признан Советом Безопасности ООН. Европейский суд по правам человека признал Турцию ответственной за нарушения прав греков-киприотов, вынужденных покинуть свои дома и земли на севере Кипра. Северный сектор провозгласил себя Турецкой Республикой Северного Кипра. Это государство признала только Турция. И хотя формально под суверенитетом республики Кипр находится 98% территории острова (за вычетом военных баз Великобритании), де-факто 38% территории острова занимает Турецкая Республика Северного Кипра.

События фильма «Последнее возвращение домой» разворачиваются перед турецким вторжением 1974 года. В картине показаны последние мирные дни того лета. Коринна Аврамиду знакомит зрителей с жизнью простых людей, с их радостями, проблемами, мечтами. Молодая девушка Александра (Мария Кицу) готовится к свадьбе со своим женихом Орестесом (Кристодулос Мартас), но неожиданно встречается его братом Стефаносом (Кристофер Греко). Стефанос является радикальным политическим активистом, он вернулся в родительский дом после длительного отсутствия. Александру привлекает его бунтарский дух, страсть к жизни, бескомпромисность. Она вдруг понимает, что Орестес, спокойный и домашний – не её судьба, не её мечта. Параллельно показана судьба родителей обоих братьев. Федра, их мать (Попи Авраам) уже совершила ошибку, на грани которой находится Александра, она вышла замуж без любви, более того, будучи влюблённой в другого. Страдают от этого все трое — Федра, её муж и её возлюбленный.

«Последнее возвращение домой» – это настоящая авторская работа, заставляющая думать и переживать. Здесь нет спецэффектов, зато есть драматургия. Коринна Аврамиду использует несколько символов, чтобы передать настроения и идеи, витающие в воздухе того времени. Одним из главных героев фильма является «море». С него начинается картина, сначала море спокойное, мирное, бескрайнее. В течение фильма оно не раз меняется. По морю нанесены и первые удары турецкой артиллерии. На берегу моря жителями небольшого городка, в котором живут герои фильма, ставится спектакль «Троянские женщины», трагичные элементы которого звучат в унисон предстоящим событиям на Кипре.

Фильм Коринны Аврамиду – это ностальгия по миру. Не случайно картина заканчивается фразой: «мир иногда такой красивый, что моё сердце болит».

«Последнее возвращение домой» можно посмотреть 30 ноября в 7:00 в кинотеатре Pacific Cinematheque (1131 Howe Street). Адрес сайта — http://www.thelasthomecoming.com.

Ирина Мис

В ноябре театру Орфеум исполняется 82 года. История театра противоречива и интересна, как и облик самого здания. Он переживал периоды необыкновенного расцвета и популярности. Не миновали Орфеум и тяжёлые годы, когда театр был на грани разрушения. Здание имело несколько жизней. Оно было построено в качестве Театра водевиля, затем долгое время функционировало, как Дом кино. Сейчас Орфеум является официальной резиденцией Симфонического оркестра Ванкувера, а также концертным залом для различных представлений. Наряду с театром Королевы Елизаветы и Плейхаусом Орфеум входит в группу городских театров Ванкувера (Vancouver Civic Theatres).

Здание было построено известным архитектором Бенджамином Маркусом Притекой (Benjamin Marcus Priteca). За свою богатую творческую жизнь он спроектировал более чем 150 театров на территории Канады и США, из них 60 крупных. В их числе  красивейший театр Колизей в Сиэтле (Coliseum Theatre) и “ошеломляющий”, как его прозвали, театр Голливуд-Пантейжес (Hollywood Pantages) в Лос-Анджелесе. В последнем на протяжении 10 лет с 1950 по 1960 г.г. проходили церемонии вручения наград Американской Киноакадемии “Оскар”.
Помимо театров Притека проектировал дома, школы, административные здания, синагоги.
Выходец из Шотландии в 20 лет он переехал в Сиэтл. Там Притека почти сразу познакомился с театральным магнатом Александром Пантейжесом (Alexander Pantages), для которого спроектировал свой первый театр. Работа так понравилась Пантейжесу, что автором всех последующих его  театров на протяжении 18 лет (с 1911 по 1929 г.г.) был исключительно Притека.

В этот же период архитектор создал Орфеум. Здание построено в стиле традиционного испанского Ренессанса. При этом Притека привнёс в него различные элементы из многих других стран и стилей. Например, богато украшенный потолок в фойе предположительно основан на впечатлении, которое произвело на юного Притеку посещение Тадж-Махала в Индии. Потолочная арка в зрительном зале выполнена в стиле Готика. Сам потолок, его купол и люстры относятся к Барокко. Рельеф стен имитирует архитектурные традиции Франции 19 века.

Пышный внутренний декор Орфеума был создан одним из самых известных художников-декораторов Северной Америки Тони Хейнсбергеном (Tony Heinsbergen). Он родился в Нидерландах и в 13 лет вместе с родителями переехал в Лос-Анджелес. Так же, как и Притека, он создавал театры для Александра Пантейжеса. Тони Хейнсберген придумал дизайны сотни театров в США, Канаде и Мексике.
Для интерьера Орфеума художник выбрал благородные цвета слоновой кости, бургунди и золота. Он украсил театр необыкновенной росписью потолка вокруг центральной люстры в зрительном зале, которая делает этот огромный купол воздушным, лёгким и цветным. Некоторые из изображённых художником персонажей рисовались с реально существующих людей. В образе тигра Хейнсберген представил свою супругу Нетид, рожденную в Новой Шотландии, которую он ласково называл своим тигрёнком.

Театр водевиля Орфеум был открыт  7 ноября 1927 года. Его называют новый Орфеум, так как до него на этой же улице ранее был театр с аналогичным названием, впоследствии неоднократно переименованный (на месте старого Орфеума в настоящее время построен торговый комплекс Pacific Centre).
Новый Орфеум был самым большим и пышным театром в Канаде и на всём Тихоокеанском побережье. В качестве Театра водевиля он просуществовал недолго. В самом начале 1930-х годов жанр комедийной пьесы с музыкой и танцами перестал быть популярным. В эти годы Орфеум превращается в Дом кино.

История Дома кино Орфеум неразрывно связана с именем Ивана Аккери (Ivan Ackery), который являлся руководителем театра почти 35 лет (с 1935 по 1969 г.г.). Он родился в Англии 30 октября 1899 г. и в 15 лет переехал в Канаду. На самом деле его имя было Ивор (Ivor), но в Ванкувере его почему-то все называли Иван, впоследствии он изменил своё имя для публики.
Иван Аккери управлял Домом кино в тяжелые для страны годы, когда искусство и творчество не были на первом месте. Он начал работать в театре в период Великой депрессии, которая сменилась трагедией Второй мировой войны. Неизвестно, какова была бы судьба Орфеума без Аккери в эти годы. А ему удалось не просто  сохранить театр, но и превратить его в Дом красоты, мечты и тайны для уставших от суровой реальности людей.
В годы Великой депрессии Иван Аккери и его помощники одевали фраки во время вечерних представлений. Они подчёркивали  праздничность проводимых мероприятий, которые помогали зрителям отвлечься от мрачных и печальных будней. Во время Второй мировой войны Аккери организовывал представления для солдат и матросов. Для детей он создал еженедельные дневные сеансы, привлекавшие огромное число молодёжи и ставшие для многих легендарными.

Орфеум был жизнью, судьбой и любовью Ивана Аккери. Ему тяжело было проститься со своим театром даже в возрасте 70 лет. Однако этого требовали новые правила, введенные в 1969 году и обязывающие уходить в отставку в 65 лет.
В последний день на посту руководителя Дома кино  28 декабря 1969 г., после того, как публика разошлась, Иван Аккери вышел на сцену и прокричал в пустой зрительный зал: “Прощай, старый друг. Я в самом деле любил работать с тобой все эти годы.” Из темноты он услышал ответ, подобный голосу призрака: ” Мы все любили тебя тоже, мистер Аккери.” Это был голос ночного театрального сторожа.
Без своего театра Иван Аккери был очень одинок – он никогда не был женат, у него не было семьи. После отставки он часто бродил по улицам, искал прохожих, которым рассказывал о своем прошлом – прошлом короля шоу-бизнеса с улицы Грэнвил.

И Орфеум без Аккери чуть не погиб. Здание сильно обветшало и по экономическим соображениям в 1973 году встал вопрос о его переоборудовании в многозальный кинотеатр. Спасла Орфеум его благодарная публика. Под натиском общественного  протеста “Спасём Орфеум” и начавшейся кампании по сбору средств в этих целях правительство Ванкувера в марте 1974 года выкупило театр. В 1975 г. Орфеум был закрыт на реставрацию интерьера, которая длилась два года. Интересно, что в реставрации участвовал сам Тони Хейнсберген, изначально создавший живописный декор театра. Через 50 лет он вернулся, чтобы подарить Орфеуму новую жизнь. Художник работал над воссозданием интерьера театра в возрасте 82 лет. Большинство работ он выполнял в Лос-Анджелесе, откуда декорации перевозились в Ванкувер.

Полностью обновленный театр был открыт 2 апреля 1977 года. С этого времени Орфеум стал постоянным домом для Симфонического оркестра Ванкувера.
В 1983 году был сделан дополнительный вход в театр с улицы Smithe Street.

Вот такой роскошный дворец с красивейшими декорациями и необыкновенной историей скрывается под неоновой вывеской Orpheum. Кстати, эта вывеска была подарена зданию в 1970-х годах Джимом Паттисоном.

Ирина Мис
Ванкувер
(При подготовке статьи использовались материалы сайта www..vancouverhistory.ca, а также Wikipedia).

Ирина Мис

Лучшим канадским  полнометражным фильмом на фестивале  в Торонто была признана работа Рубы Надды (Ruba Nadda) “Каирское время” (Cairo Time).

Секрет  успеха Рубы Надды

Руба Надда – молодая, но уже очень известная и признанная на международном уровне канадская писательница, режиссер и продюсер. В свои 37 лет она сняла 17 фильмов (13 короткометражных и 4 полнометражных), которые были показаны более 500 раз на различных международных кинофестивалях в России, Армении, Канаде, США, Польше, Испании, Израиле, Бразилии, Египте, ЮАР и других странах. Все фильмы сняты по ее собственным рассказам, которые были опубликованы свыше чем в 200 международных журналах.

На  этой неделе Руба Надда  привезла в Ванкувер свой романтический, красивый фильм о любви – “Каирское время”. Мне посчастливилось побывать на презентации этой кинокартины и взять у талантливого автора интервью для нашей газеты.

Руба – настоящая восточная  красавица: утонченная, чарующая, излучающая необыкновенную теплоту и обаяние.

История семьи Надды очень знакома многим иммигрантам. Ее отец приехал из Дамаска (Сирия) сначала в Данию, а потом в канадский Монреаль и сразу полюбил этот город. Мама – родом из Палестины. Сама Руба Надда родилась в Монреале, но затем родители переехали в небольшой канадский город, в котором слишком заметны отличия иммигрантов от местных жителей. “Это было трудное для нас время,” – вспоминает Руба. В детские годы она с родителями переезжала из одного канадского города в другой, в том числе возвращалась в Дамаск на несколько лет. Но судьба этой семьи была связана с Канадой. Окончательно из Сирии они переехали в Торонто – многонациональный, с разными культурами и традициями; там они чувствовали себя комфортно и уютно. Руба и сейчас счастлива в этом городе.

Свои первые рассказы юная Шахеризада начала писать в 14 лет. Руба поделилась, что эти истории  она сочиняла по просьбе своей  сестры, чтобы как-то ее развлечь. Постепенно это занятие очень увлекло восходящую звезду. Руба Надда стала изучать литературу в Университете в Торонто. Каждую свою историю она не просто писала, она ее творила в своем воображении, поэтому вскоре начала испытывать страстное желание превращать рассказы в фильмы. Для этого Руба закончила очень престижную Школу искусств в Нью-Йорке по специальности кинематографиста. Вернувшись в Торонто, она сразу начала воплощать свою мечту в реальность – снимать фильмы.

Руба Надда нашла  свой путь к успеху. Как многие канадцы, она умещает в себе две разные культуры – арабскую и канадскую. “Я полностью арабка, и в то же время – абсолютно канадка,” – признается Руба. Прекрасное знание обеих культур, их гармоничное сочетание как раз и помогают ей в творчестве. В своих рассказах и фильмах она показывает особенности, уникальность и красоту каждой из них. Восток она знакомит со свободолюбивым Западом (как в фильме “Сабах” (Sabah)), Запад – с утонченным Востоком (“Каирское время”). При этом ее герои, независимо от национальности и веры, одинаково переживают, смеются и плачут, влюбляются и страдают.

Руба Надда постоянно  участвует в различных проектах по поддержке  иммигрантов. Ее собственная история является ярким примером, вдохновляющим новых канадцев на реализацию своей мечты. Руба считает, что для достижения успеха в Канаде, особенно в таких городах как Ванкувер, Торонто, Монреаль, есть все условия, которых,  возможно, нет в других странах. И когда ты выигрываешь “лотерейный билет”, получая возможность жить в Канаде, только от тебя зависит – достигнешь ли ты задуманного или нет.  Для этого, конечно, нужно много трудиться, постоянно следовать своей цели. Руба говорит, что с 14 лет она повторяла себе: не сдавайся, не отступай. Легче всего было все бросить, но она нашла силы следовать своей мечте. Этого она желает всем иммигрантам.

Хочется в свою очередь  пожелать Рубе Надде получить “Оскара” за ее новый фильм “Каирское время”.

Пора  переводить часы на “Каирское время”

“Каирское время”  Руба Надда называет своим  любимым фильмом. Слишком много  себя, своих личных переживаний  и надежд она вложила в эту историю. Поэтому фильм получился таким глубоким и проникновенным. Порой герои картины говорят голосом Рубы. “Ты скучаешь по Дамаску?” – спрашивает главная героиня фильма (Джульет) покорившего ее сердце араба (Тарека). “Иногда,” – отвечает он немногословно, но с какой-то особенной грустью.

“Каирское время” -  это романс о любви в Каире и о любви к Каиру. Фильм наполнен красивейшими пейзажами Белой пустыни, Египетских пирамид, великого Нила, а также видами древнего и современного Египта.

Руба Надда вложила  в название фильма несколько значений.  В первую очередь, это другой часовой пояс, в который ты попадаешь с первых же кадров. Зрителя сразу захватывает яркий  колорит Востока – ты будто сам вдыхаешь этот жаркий египетский воздух, аромат арабского кофе, слышишь пленящие ритмы восточной музыки.

Во-вторых, “Каирское время” – это время, прожитое печальной  и задумчивой канадской дивой  Джульет (Патрисия Кларксон) в сказочно-красивой столице Египта. Время, за которое  она узнает и очаровывается Каиром, и не только им, но и своим арабским спутником – Тареком (Александр Сиддиг).

Кроме этого, “Каирское время” – это время заново открыть  Египет для Запада, познакомиться  с арабской культурой, во многом своеобразной, но при этом уникальной и красивой. Руба Надда объясняет, что другой мир, когда он неизвестен, вызывает страх. И она в своем новом фильме хочет показать, что этот мир не надо бояться, его есть, за что полюбить.

Сама Руба влюблена в Египет. Она говорит, что после  первого посещения Каира в  юности она не может забыть этот “величественный город”. Она любит египтян, “харизматичных и чарующих, очень дружелюбных и открытых”.

Если Вы отправитесь  в путешествие в Египет, не забудьте, что «спасибо» по-арабски – “шукра”. Главная героиня фильма – Джульет – выучила его с первого дня в Египте.

Руба Надда рассказала, что “Каирское время” теперь ждут новые кинофестивали, в том числе  во французских Каннах, а также  показы в разных странах. Она заверила, что постарается включить в этот список Россию и, возможно, Московский кинофестиваль. Сейчас новый фильм Рубы Надды демонстрируется зрителям в Монреале и Торонто.

Не пропустите “Каирское время” в Ванкувере, так как  DVD-версия выйдет только ближе ко Дню всех влюбленных.

С 16 по 22 октября эта картина показывается в Ванкувере в Кинотеатрах 5 Авеню (Fifth Avenue Cinemas). Более подробную информацию о фильме можно посмотреть на сайтах www.cairotime.ca и www.festivalcinemas.ca.

Ирина Мис